Дочь Севера. Горячее сердце

Пусть всего лишь дорогу от комнаты до приема, но если можно этого избежать, то почему бы и нет?

– Отлично, буду премного благодарна, – выпалила я, юркнула в комнату и закрыла дверь.

Ох, ещё же ключ есть! Просто прекрасно, закроюсь и на него!

Глава 8

Гастиль диль ван хейзен Примонд

Я спокоен. Я абсолютно спокоен. Все эти внимательные взгляды, личное размещение и даже желание сопроводить на приём – это просто дань вежливости. Я бы тоже так поступил. Ведь правда же?

И не важно, что командор Шортсон единственный в высшем свете, кто не расшаркивается только ради приличий.

В конце концов, речь идёт о девушке, он мог сделать исключение.

Я проговаривал это про себя вновь и вновь, даже почти верил. Если бы не одно маленькое но. Откуда бездна его раздери, высший аристократ знает рыжую? Называет по имени, хотя никто никого не представлял!

Такая небольшая деталь, но как меняется весь контекст. Взгляды из изучающих превращаются в заинтересованные. Вежливое отношение к гостям в едва прикрытую заботу.

Нежелание оставлять девушку с ее собственной делегацией в ревность. Или это уже моя собственная?

Стоило мне встретится взглядом с травницей, как она сразу же приняла приглашение. Так не хочет находится рядом? Даже просто идя по коридору? Ну и бездна с ней!

Слишком много дел, мне нужно спешить домой. Чтобы успеть застать там отца. Может даже уговорю его прийти на приём. Если сможем заручиться его помощью, то они с мамой весь двор смогут уговорить. Вот и сосредоточимся на главном.

В Колдтранде уже начинает холодать. Осень подходит к концу и вот-вот ляжет снег. Однако после севера, столица показалась мне на удивление душной. Высокие здания, поражающие своими фасадами и величественностью стали давить. А плотный поток людей на тротуарах, всадников и экипажей на дорогах раздражать до дрожи.

Увидев ворота нашей городской резиденции я чуть было не выдохнул от облегчения. Поэтому пришлось задержаться ещё на минуту. Соберись, Гас. Ты помнишь куда ты идёшь.

Поэтому лицо беспристрастнее, сердцебиение помедленнее, дыхание поровнее.

Я позвонил, и кованные ворота послушно распахнулись, признавая хозяйскую кровь. Прошёл сквозь небольшой сад. Все кустарники уже укрыты от холодов, и не дай Боги садовнику погубить хоть один цветок или куст. Мать держала только проверенных и работящих слуг, потому что все в доме – это лицо хозяина. И пыль на канделябре под потолком, ляжет грязным пятном на твоём собственном лице.