Дочь севера. Сила Земли

Я сосредоточилась лишь на ощущении безопасности, теплоты и, наверное, счастья. Да это именно счастье. У всех оно разное. Мое вот с привкусом усталости, но с возможностью иногда просто спрятаться за тем, кто придёт, заберёт и поведёт за собой. За надежным, настоящим, любимым человеком. Поэтому когда моя старушка остановилась, я не сдержала порыва и крепко обняла ее со спины.

– Дорогая, ты чего? – немного удивилась Ба.

– Просто люблю тебя и радуюсь, что ты есть, – чмокнула ее щеку.

– Это было сложное время, – она посмотрела на меня с неприкрытым беспокойством – а будет ещё тяжелее.

Но да, я у тебя есть. И мы со всем справимся.

– Обязательно, – кивнула в ответ.

– В особенности, когда ты поешь и станешь чуть тверже стоять на ногах, – уголки рта Ба поползли вверх и она кивнула в сторону навеса, на самом краю площади.

Темнота быстро опустилась, обняв Лостиркуд. Спрятав последствия утренней битвы, прикрыв усталость людей приглушенными красками. Мы расположились на уже порядком опустевшей площади.

Люди распределили обязанности, дежурства. И сейчас каждый старался набраться сил, ведь самое сложное действительности только впереди. Быстро перекусили, потому что совсем скоро будет то, ради чего каждый Северянин пожертвует отдыхом, даже оставит ненадолго пост.

– Готова? – Ба накрыла своей ладонью мою, когда я дожевала последний кусок мясного пирога.

– Да, – твёрдо кивнула, и накинула чёрную шаль, которую захватила моя предусмотрительная старушка.

Уже в полной тишине, держась под локти мы двинулись к окраине города.

На улицы выходили горожане, постепенно образовывался целый поток из людей. Все мы шли в одно место. В тишине и распрямив спины. Сдерживая душащие слёзы и прикусывая щеки изнутри. Пришло время прощания.

Я старалась не считать количество костров. Но когда песня храмовника достигла пика и мы с факелами направились к ушедшим, то вспыхнувшее пламя осветило всю поляну. Мне понадобилась вся моя выдержка, чтобы не разрыдаться. Предательские слёзы душили, но эти люди не заслужили мокрой дороги в бездну.

Они достойны лучших проводов и вечной памяти. Это получит каждый павший. Потому что север помнит. Всегда помнит!

Медленно тлели угли, разжигая в моей душе ярость. Слепую боль, что топила разум. За что? Почему они умерли? Как женщины могли лишиться мужей, а дети отцов? Никто не заслужил этого горя. Но каждый унесёт часть его с собой. И клянусь богами, я буду лелеять эту боль. Взращивать словно росток в собственной оранжерее.