Зови меня Волком

По главной улице, позванивая бубенцами, проехала княжья повозка. В этот раз она не была укрыта пологом, и в открытой телеге среди цветов, тёмными истуканами сидели княгиня и её девки. Все в чёрном, лицо княгини закрыто полупрозрачным покрывалом. Городские ворота отворились и тут же снова затворились, едва выпустив княгиню.

– Поехала по сыну убиваться, – пробурчал уличный попрошайка.

– По сыну? – переспросил Влаксан.

Вдруг бедняк знает, чего интересного.

– Каждый день ездит. Цветы возит, рыдает. Только для ней князь повелел ворота открывать.

– А что ж псарю?

– Так, не гоняет уже. Вчера под стражу взяли, – почесал грудь попрошайка.

Влаксан удивлённо уставился на мужика. Вот так так! И как же это Косой да Птах вчера недоглядели.

– Зуб даю! – мужик щёлкнул ногтем по гнилому зубу, – глядишь, скоро ещё одного на кол посадит!

Волк внимательно смотрел на мужика: не поймёшь, сколько ему лет, ободранный, весь в пыли и размытых пятнах, спутанная грязная борода и волосы. Он точно на улице уже давно, и ему ничуть не жаль людей.

Бросив ему медяк, Волк побрёл к лубочникам. Надо бы хоть лапти найти пока, да придумать, чем занять себя днём, покуда город закрыт. Благо для вечеров есть кабаки, корчмы и весёлые дома.

Весь день Волк шатался по улицам, в Торговый конец вернулся только к вечеру. В обеденной уже собрались любители подгулять. Даже музыканты, пришедшие к празднику, и запертые теперь в Грате. Один успел сложить песню про горе князя.

«Ах! Занялся пожар,

Горит всё кругом –

Кабан обокрал княжий дом!»

Песня тянулась долго и путано, заканчивалась горем безутешной красавицы-княжны. Девки облепили гусляра, вздыхая о печальной истории.

– Грустная песня, – закатила глаза крупная девка, усаживаясь рядом с Волком.

– Праздник был ещё грустнее, – ответил Влаксан.

– Это у тебя невесту задавили?

Волк закашлялся и удивлённо уставился на девку.

– Мне твой друг сказал, – показала в сторону девка.

Волк обернулся: Любомир радостно махал ему рукой. Огромный синяк растёкся в половину его лица. Волк хмуро кивнул Любомиру, кажется, с таким болтливым «другом» придётся осторожнее коротать время.

– Ему знатно досталось, – вздохнула девушка. – А ты красивый.

– Ты тоже хороша, – вскользь глянув на девку, привычно ответил Влаксан.

– Меня Гулькой звать. Жаль, что праздник так обернулся. Я думала, найду жениха, – вздохнула девка.