Зови меня Волком

– О! Это я прекрасно помню, – возразил Мудромысл, расхаживая по комнате. – Я был бы рад забыть, кто такой Брониимир Даромирович Награйский. Твой отец был прав, отослав тебя из Награя. Духи проклянут твоё княжение и княжество.

– Отец меня не отсылал, он повелел мне править славным городом Гратой! Править так, как будет угодно мне и только. Если твои духи молчат, ты – скоморох, а не колдун! Тебя стоит на праздниках выставлять, чтоб там ты свои фокусы с огнём за медяки показывал!

– Ты держишь меня пленником в твоём городе, угрожаешь мне и велишь подчинить Духов.

Насколько низко ещё ты сможешь пасть? Погляди на себя, Брониимир. Ты – чудовище!

– Конечно, куда мне до излюбленного вами Любослава. Духи нарекли его наследным правителем Награя. Обласканного и изнеженного, словно баба, юнца!

– Прекрати оскорблять моего князя, – поднял руку колдун.

Брониимир открыл было рот, желая выплюнуть ещё какую-то гадость про брата и его княжество, но, вместо этого, страшно выпучил глаза и схватился за шею.

Он непонимающе указывал руками на своё лицо и шею, словно невидимая рука душила его, и он пытался сказать об этом колдуну.

Мудромысл опустил руку:

– Прошу, князь, подбирай слова, когда говоришь со мной.

– Иди, – пропыхтел Брониимир.

– Что? – переспросил колдун.

– Иди! – закричал Брониимир, – Вон отсюда, колдун!

Князь ударил по столу кулаком, так что одна свеча повалилась на пол и погасла.

Мудромысл кивнул и пошёл к двери.

– Хоть бы черти забрали, ваше колдовское племя! – выругался Брониимир, поднимаясь со своего стула.

Он зло пнул свечу и зашагал к окну. Волк быстро перевернулся вокруг ветки, и тихо соскользнул на ветвь ниже.

Что ж… всё гораздо лучше, чем казалось раньше. Глядишь, и удастся отлично пережить княжий гнев в псарне.

Со стены послышались тихие шаги. Волк прижался к дереву, негоже, чтоб дружина его здесь заметила. В девичьем окне всё так же тускло горела свеча.

– Что князь? Не придёт сегодня? – не открывая глаз, спросила старуха.

Женщина, что сидела у люльки, всхлипнула, прижимая ладони к лицу.

– Не шуми, – всё так же произнесла старуха. – Неужто позабыла, что замужем?

– Вот, не поверишь, нянечка. Иной раз нет-нет, да и позабудется, – женщина поднялась, и Волк узнал в ней княгиню.

– Худо это. А коли ты так князю вскрикнешь?

Княгиня опустила глаза и густо покраснела. Она украдкой глянула в сторону двери.