Зови меня Волком

Следом за ним вошли пятеро дружинников, разом стянули алые кафтаны, повесили на крюки под потолком. Один снял с лестницы небольшой мешочек и протянул приятелям. Те сняли с шеи круглые жетоны и положили в мешок. В избу вбежал ещё один суетливый мужичок:

– О! И мне давай, – он потянулся, прямо с порога кинул туда свой кругляш и вбежал в обеденную прямо в кафтане.

Остальные тоже, не обращая внимания на Волка, пошли следом. Волк заглянул в мешок: деревянные жетоны блестели полированными рёбрами. Он достал один. Кружок с ладонь, с двух сторон нарисованы ворота красного цвета.

Вверху, насквозь пробита дырка.

Дверь снова распахнулась, вошли ещё три дружинника: лысый, высокий пожилой и совсем ещё юный мальчишка.

– А ты новый! – улыбнулся мальчишка, – Привет! Меня Трифоном звать, а тебя?

Волк посмотрел на Трифона: на вид едва ли пару лет, как в весну вошёл, высокий, статный и гладкий, как баба.

– Чего молчишь? – спросил Трифон, вешая алый кафтан на крюк.

– Волком зови, – произнёс Влаксан, переворачивая в руке жетон, – Что это?

– А это? – Трифон потянул за шнурок на шее, и достал из-за пазухи такой же жетон, – эт жребий.

Гляди, – быстро развязав шнур, Трифон протянул Волку свой жетон, – нарисована стена дворцовая, значит моя смена на стене. А этот, – паренёк забрал жетон из рук Влаксана, – указывает на Красные ворота. Каждый раз, когда собираешься на смену – берёшь жетон. Если терем, то идёшь в терем, если деревья, значит сад, ну, и так далее. Коли не понятно будет – спросишь. А ты поди, вместо Белорада, в нашу смену? – он не скрывал любопытства и радости от появления нового дружинника, – Откуда будешь? Да, проходи в избу, чего в сенях тереться?

Трифон быстро затолкал Волка в избу. В шумной и душной обеденной за столами сидели с десяток дружинников. Те, что моложе, возбуждённо пересказывали день. Мужики постарше тихо обсуждали дела, пытались угадать как же теперь без князя будет. Их голоса наполняли комнату густым неразборчивым басовитым гудением. Третьи же громко смеялись, травили байки о жизни до дружины, вспоминали весёлые истории из юности и детства.

Влаксан окинул взглядом собравшихся и снова вышел. На спальном этаже народу было меньше. Двое дружинников крепко спали, заливая горницу молодецким храпом. Волк прошёл в угол и улёгся прямо на полу.

Надо бы завтра спросить у Белорада, какую лавку занять. День дружины начинался ещё до рассвета: кто-то шёл чередовать ночную смену, остальные лениво спускались к завтраку.