Зови меня Волком

Стало тяжело стоять, и начала болеть грудь. Волк прислонился к стене, отхлебнул из меха горького настоя.

Дверь зала отворилась, и вышел растерянный дружинник:

– Велено немного обождать. Княгиня Брониимира примет тебя, Влаксан.

– Погоди, – пригляделся длинный, – ты из наших, что ли? Новый из черновой дружины?

– Угу.

– А не ты ночью вора снял?

– Нет, – процедил сквозь зубы Волк, усаживаясь на пол.

– Говорят, это из-за князя награйского. Сейчас много будет разведчиков-доносчиков по двору ошиваться, – деловито закатил глаза Белый.

Волк молчал. Уж точно не для того, что поболтать с дружинниками он в ночи в княжий терем припёрся.

Ждать пришлось долго. Уже за полночь из зала вышли уставшие бояре. Сначала шли те, что старше – тучные, в тяжёлых одеждах, придерживая подол рукой, чтоб не запутаться, едва переставляли ноги, шаркая парчовыми сапогами. Они украдкой зевали в бороду и растирали покрасневшие глаза. Дальше следовали помоложе. Они уже не так тяжело шагали и спину держали прямо.

Последним вышел молодой, даже юный статный мужичок, он гордо задирал жидкую бородку, степенно шагал, подметая пол длинным платьем и рукавами.

Когда бесконечный подол платья молодого боярина скрылся за поворотом, белый дружинник кивнул в сторону зала:

– Эй, Влаксан, заходи.

Волк словно проснулся от дремоты: хлебнул ещё настоя, вытянулся во весь рост, расправил плечи и вошёл в палату. Свечи горели только в дальнем конце, освещая единственный трон и скамьи, выставленные у подножия.

Брониимира сидела с идеально ровной спиной, богатое платье, расшитое золотыми и серебряными бусинами и драгоценными камнями давило ей на плечи. Голову украшал тяжёлый кокошник, с нитями самоцветов и мелкого речного жемчуга. Её прекрасные брови были сурово нахмурены, а губы капризно поджаты. Весь вид: от детской позы и выражения лица, до нелепых, громоздких для такой тонкой фигуры одежд, напоминал маленькую беззащитную девочку, которая пытается казаться взрослой, и от того ещё более уязвима.

– Выходит, правду сказывают, – произнёс Влаксан, медленно шагая по залу. – Князь Награйский не войной идёт.

– Ты только за этим пришёл? – грозно спросила княгиня, но стоило Волку войти в освещённый круг, как от её напускной суровости не осталось и следа.

Брониимира вскочила с места, забыв, было, о своём высоком положении, но осеклась и замерла на второй ступени:

– Что случилось?

– Всё в порядке, – улыбнулся Влаксан, в два шага оказавшись возле неё.