За кулисами

Вот бы мне хоть кто-нибудь такое предложил, уже молчу про Елену А.

– Да, почему бы и нет. – Сдерживаясь от восторга, отвечаю я.

Ксюша достает оранжево-розовую и ярко алую помаду. И вертит их в руках.

– Вот я тоже так думаю. – Деловито с намеком на радость отвечает она. – Тебе какой цвет больше нравится?

– Оранжевый.

– А мне красный. – Ксюша как-то азартно смотрит на помаду. Быстро достает зеркало и начинает красить губы в огненный цвет. – Хочешь?

Через минуту мы обе сидим накрашенные. По контрасту наших губ, сразу видно кто здесь кто.

Тигрица и я. Удивительно, что два контраста смогли, так неплохо сдружиться. Очень даже неплохо…

– Смотри. – Ко мне подвигается Ксюша. Она кокетливо кивает головой на девушку рядом с Олегом. Они о чем-то говорят стоя в очереди.

– Ее зовут Аня? – Шепчу я.

Ксюша кивает. Олег покупает упаковку жвачек. Он всегда приходит в буфет именно за ними. Мне кажется, он больше ничего и никогда здесь не брал. На секунду его взгляд падает на меня.

Яркие кеды уходят прочь. Анна покупает два «светлячка» и садится неподалеку от нас. Ксюша сидит к ней спиной, а вот я могу хорошо ее разглядеть. Волосы на свету рыжеватые, они похожи на что-то острое и крайне прямые, в тоже время воздушные, нос очень прямой, уши большие, подбородок слегка вытянутый, обтягивающая кофта, теплые черные джинсы и прыщи, прыщи, прыщи. Но я бы не назвала ее некрасивой, наоборот.

Покапал дождь…

9 октября. На улице стучит, колотит об окна белоснежный град и лишь пушистый, как облако снег приглушает шум зимних «снарядов».

Даже в актерской студии чувствуется мороз. Он будто окутал тело, но напрямую не прикасается к нему. Помещение словно пропиталось этим холодом. Чтобы не замерзнуть (без верхней одежды) придется держаться ближе к центру, подальше от ледяных стен, но на верхних этажах дела обстоят лучше.

Жду Ксюшу с репетиций. Она готовиться к моноспектаклю. С талантом и амбициями Ксеньи, вовсе не удивительно, что Елена Александровна выбрала именно ее.

Я сижу у входа, на теплой, от моего тела, скамье. Когда кто-то изредка заходит, холод бьет по лицу.

Глаза медленно слипаются. Град поет свою колыбельную, и я засыпаю, но ненадолго. Вскоре я слышу цоканье в знакомом ритме. Приоткрыв глаза, я увидела обладателя этого звука – Анастасию Петровну.

Я в очередной раз прикрываю глаза.

– Здравствуй, Даша. – Здоровается оживленная Анастасия П.

Я кивнула в ответ.