Трилогия «Лютевилль»

Несмотря на приподнятое настроение, всем хотелось поскорее вернуться в уютный, тёплый дом.

Мокрые брызги с моря уже не облизывали шею, руки и другие открытые части тела холодными каплями, но начался дождь, который в любую минуту мог превратиться в ливень.

Трава пропиталась влагой мгновенно, и бегущая восьмилетняя Роза неуклюже поскользнулась и растянулась на траве, выставив руки вперёд, пытаясь ухватить фуражку. Она сильно поцарапала локоть и чуть было не расплакалась, поднимаясь с земли с фуражкой в руке – но внезапно заметила грязную коробку, лежащую на боку чуть поодаль в кустах.

Поднявшись с земли, Роза медленно подошла к невзрачному предмету. Ей стало вдруг очень любопытно, что там. Она села на корточки, и, взяв коробку в руки, приоткрыла ее. В коробке лежал игрушечный пластмассовый гном.

– Гномик! – радуясь находке, воскликнула девочка, позабыв о свежей ссадине на руке и об отцовской фуражке.

Некогда яркого гнома, теперь измазанного глиной и тиной, очевидно, принесло море – но как он оказался так далеко от берега?

– Возможно, его притащила какая-нибудь большая собака, – подойдя, предположила её сестра, которая была старше Розы на целых два года.

Вера заботливо отряхнула сестру и тоже стала рассматривать гнома, пытаясь угадать, откуда он мог появиться в этих кустах, и кому принадлежал раньше.

В игрушечном гноме было что-то необычное, и сёстры это почувствовали.

Если бы не сильный ветер, сгущающаяся тьма и надвигающийся грозовой шторм, девочкам, скорее всего, не удалось бы уговорить родителей разрешить им взять гнома домой.

Тем идея не нравилась – наверняка тот, кто выбросил игрушку, просто поленился донести её до мусорной свалки. Впрочем, отец рассудил, что, если утром девочки отмоют гнома и выбросят коробку, он может остаться и жить на полке в их комнате, раз уж им так хочется.

Добравшись до дома, насквозь промокшие, замёрзшие и уставшие дети поставили коробку в углу у себя в комнате, чтобы с утра привести гнома в порядок.

Перед сном Роза и Вера по несколько раз проверили, на месте ли он, словно он мог убежать без надлежащего присмотра, как какой-нибудь непослушный котенок.

Через несколько часов ветер начал успокаиваться. Гроза прекратилась, море затихло, и теперь на чёрном ночном небе сияла полная кровавая луна.

Вера что-то проскулила во сне, и повернулась на другой бок.

Прошло ещё некоторое время.