Лучший жених во Флориде

Теперь самолет висел, как в гамаке, в паре метров над болотом. Просто чудо, что он остался жив!

Сверху казалось, что в болотной траве под ним нет никаких обломков. Если удастся высвободить ногу, он спрыгнет вниз, надеясь, что больше ничего не повредит. Свободной ногой он попытался стряхнуть металлический капкан с правой ноги. Раз, и второй, и третий. И снова ногу обожгло болью, когда куски металла отлетели вниз. Декс подтянул колени к груди, прикрыл левой рукой голову и отстегнул ремень безопасности. Упав, поспешно перекатился на бок.

Первым делом он сбросил с себя пропитанную бензином рубашку, а потом с трудом встал на ноги. Быстро оглядевшись по сторонам – кругом одни кипарисы и меч-трава, – он побрел по вязкой грязи к единственному источнику воды в пределах видимости – к большой луже. Болотная жижа воняла отвратительно, и все же это была вода.

Он плескал водой на руки, грудь и спину – куда смог дотянуться, пытаясь избавиться от следов бензина. Кое-как отмывшись, он сел и задрал ногу – надо понять, не опасны ли порезы.

Нога была в крови, но, смыв ее, Декс увидел, что ему относительно повезло. В основном, царапины – как будто он порезался ножом.

Он вздохнул. Похоже, заживо он не сгорит. Теперь можно подумать и о другом. Надо поскорее выбираться из этой глухомани. Он достал из футляра на поясе телефон, надеясь, что тот не пострадал при падении. Ввел пароль разблокировки. Прошло несколько минут. Декс вертел телефон во все стороны, поднимал над головой, опускал ниже, но результат не менялся.

Связи не было. Декс понял: пора смириться с неизбежным. Он окинул взглядом свой самолет и тяжело вздохнул.

Искореженное шасси смотрело в небо. Одно крыло словно отрезало ножом. Второе крыло, правда, еще держалось, но повисло на груде сломанных веток. Хвост отлетел и упал в болото за фюзеляжем. Декс возмущенно тряхнул головой. И дело не в том, что пропала куча денег. С такой потерей еще можно смириться. Но видеть красивую машину в таком жалком виде – все равно что смотреть на картину Моне, разорванную и втоптанную в грязь.

Он приставил ладонь козырьком ко лбу и взглянул на небо, красивое, голубое – ни облачка. И ни следа того таинственного тумана, какой окутал самолет перед тем, как заглох двигатель. Даже если его сигнал о помощи не дошел до диспетчерской, скоро его будут искать. Сам он часто ленился заполнять планы полета, но его помощник с религиозным рвением делал все за него. Он наверняка все подготовил и отослал вовремя.