Весло невесты. Побег второй, провинциальный. «Уйти, чтобы…»

Сразу подавать?

– Сразу подавать – начинаете читать мои мысли.

Макс окончательно понял, что, будучи снобом, он ничего на мне не заработает и начал избавляться от «маски величия».

– Долго планируете здесь пробыть?

«Вот и заговорил как нормальный человек», – промелькнуло в голове.

– Еще минут десять, Макс, и мы в Вас влюбимся.

– Вы – это кто? – он уже не удирал от стола как ошпаренный.

– Забавно, а «влюбимся» Вас не смущает?

– Я ж не президент, мы не на моей пресс-конференции, и Вы не из Владивостока, чтобы я засмущался.

– На что?

– Что Вы не из Владивостока.

Скорость его адаптации к меняющимся обстоятельствам меня поразила.

– Отличный ответ. Так вот, если вино не разбавлять, то минут через десять нас будет уже двое. Мне очень нужна компания, Макс – не разбавляйте вино, плиз. Просто посчитайте за два бокала, а принесите один бокал вина и один стакан воды, не смешивая.

– Не понимаю, о чем Вы.

– Вот и прекрасно. Значит, договорились: бокал белого вина, а вода у меня уже есть.

Салат был почти съеден, когда опять заиграла музыка. Медленная и громко. Какая именно звучала песня, я не отразила. Расслабилась. Точно, что пел Челентано. Вдруг почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Внимательно смотрит. И взгляд этот начинает приближаться. Подошел довольно молодой и слегка подшофе человек.

– Разрешите на танец? – сказано было бодро.

Формального повода для отказа не нашлось. То, что свитер на нем никакой, штаны – барахло, а ботинки, блин… Простите, но комментировать дальше не буду, потому как это еще по инерции автоматически включается внутренний калькулятор.

– С удовольствием, – салфетка легла на стол.

И тишина. В смысле, разговор прекратился с началом танца. Музыка звучала хорошая – Челентано явно старался. «Танцует он не очень, не Челентано, мышцы как струны натянуты», – внутри молчать я не могла, поэтому паузу заполняла разговором с самой собой.

– Вы ждете кого-то? – вопрос прозвучал на пике мышечного напряжения моего партнера.

Про себя я успела только задать вопрос: «Имеет ли смысл врать?» Обдумать ответ не успела, потому что затягивать такое мышечное напряжение рядом с собой – просто опасно.

– Нет.

Ему сразу стало легче. И моей руке тоже.

– А зачем тогда здесь? – в его голосе неожиданно прозвучала нотка вызова.

Так обычно и бывает: мужчина хочет, чтобы женщина была свободна, а узнав, что она свободна, сразу начинает задаваться вопросом «почему».