Кабан

А, может, он это не всерьез? Не может же человек говорить такое всерьез после двух дней знакомства?

Прикалывается? Издевается? Шутит? Не понимаю…

Блин. Наверное, зря я уехала. Бросила его с родителями, никому ничего не сказала. Что они подумают?

И, главный вопрос: куда Кабанчик меня везет?

– У нас свидание, – сообщает он. – И не переживай, мы будем голыми.

Что?!

Пашка поворачивает на перекрестке, въезжает в ворота, на которых я успеваю прочитать табличку “Оздоровительный центр “Белый лотос”. Что он задумал?

Он паркуется, помогает мне слезть с мотоцикла и снять шлем.

– В программе ванна, массаж, всякие обертывания… говорят, это приятно и полезно. Не знаю, я не пробовал.

– Кабанчик, – выдыхаю я. – Ты просто чудо!

И целую его в лоб.

Естественно, я бы сама не додумалась в этой кризисной ситуации пойти в спа. Но это именно то, что мне сейчас нужно! На самом деле, мне все это нужно уже очень давно. Еще с тех пор, как я рассталась с Никитой. И я собиралась! Но так и не собралась.

А Пашка догадался и вытащил меня. Молодец.

– Ты настоящий друг, – говорю я ему.

– Или подруга, – ворчит он.

– Что?

– Надеюсь, маникюр нам там делать не будут.

– Нам?

– Ну конечно.

– То есть, ты идешь со мной?

– У нас же свидание. Спа для двоих. Я же сказал. Ты вообще меня слушаешь?

Я даже не успеваю ничего ответить – мы уже в руках приветливой девушки-администратора. И она перечисляет все тридцать три удовольствия, которые Пашка, оказывается, заказал и оплатил еще вчера.

Нас ведут по коридору. Заводят в комнату с кушетками, зеркалами, стеллажами и зоной отдыха. На стеллажах лежат полотенца и тапочки, рядом висят белые халаты. Пахнет чем-то расслабляюще-цитрусовым.

– Это ваша личная раздевалка. Здесь можно раздеться, вон там душевые кабины. Ваша первая процедура – молочная ванна. Наши специалисты уже ждут вас за той дверью.

Администратор исчезает. Мы с Пашкой остаемся вдвоем. Он начинает снимать рубашку.

– Ты офигел?

– Что?

– Я не буду раздеваться при тебе!

– Как хочешь.

Он вешает рубашку, расстегивает джинсы. Садится и начинает развязывать кроссовки. Когда он остается в одних трусах, я все еще стою полностью одетая. Таращусь на него.

А он, спокойно глядя мне в глаза, берется за свои боксеры и тянет их вниз…

– Паша! – возмущенно воплю я.

Он останавливается. И выдает:

– Или ты раздевайся, или я их сниму.

– Ты сам понял, что сказал?

– Там молочная ванна.