Очки для секса. Побег первый, столичный. «Уйти, чтобы…»

Майя оказалась редким не разочарованием из аськи. Возникал вопрос, как такое очарование так стабильно остается незамеченным. Только представьте… Волос на голове копна – даже завидно. Еще и в мелкую природную кудряшку. Еще и слегка рыжие. Красивые серые глаза. Формы – что надо, не формы глаз, конечно. Одета, будто только что со съемок «Снимите это немедленно!». И при всем при этом природном богатстве абсолютно свободные вечера.

– Я рада, что ты приехала, – Майя была какой-то тихой. – Знаешь, Ань, даже загадала: если приедешь – что-то в жизни обязательно изменится, не приедешь – это уже участь!

– Еще не участь, только тенденция! – Ане бодрости пока было не занимать.

– Слушай, как ты жить собираешься в Москве на дворницкую зарплату? Спонсоры в очередь не стоят. А у меня планы на активную совместную светскую жизнь.

– Май, дай мне хоть в себя прийти! Чаю попить. Двор пару раз подмести. Понять, что к чему. Я вот утром думала: от тебя пойду фитнес-зал искать, а сейчас чувствую – ни фига я не пойду его искать.

Буду гулять по городу вместо фитнеса. Да и работа заменит многие тренажеры.

– И нечего искать – я тебя отведу куда надо. Гулять – это гулять, работа – это работа, а спортзал – это часть светской жизни.

– Так я от этой светской жизни сюда и сбежала!

– Это ты от «светской жизни без меня» сбежала, а со мной – это совсем другое! Вот подожди, через неделю-две сама запросишься!

– Золотые слова! Давай дождемся, пока запрошусь?

Наступило утро номер два в Москве. Фронт работ даже начинающему дворнику оценить было нетрудно.

План действий ясен, как пень. Двор – небольшой. Это не приблизительная прикидка, а самый точный из возможных вариантов ответа о размере. С глазомером у Ани всегда проблемы были. Всего восемь подъездов по периметру. Пространство замкнутое. Въезд один. Он же – выезд. Земли почти нет – сплошной асфальт. Поэтому грязи тоже почти нет. Деревья есть, но и они уже не в изобилии. В общем, не двор – а мечта дворника.

Сейчас сентябрь. Основная задача – мести листья.

А зимой – тоже всё понятно. Надо будет ходить в церковь и молиться, чтобы выпало мало снега.

Работа дворника – это раннее утро. Тишина. В городе ее так мало. А в Москве – почти не бывает. Видно солнце и слышно птиц. Откуда они – непонятно, но ранним утром они есть. Потом днем уже ничего нет: ни солнца, ни неба, ни птиц. Как только проехали две машины с интервалом в четверть минуты – всё, природа прячется до следующего утра. Где прячется? Уму непостижимо.