Я тебя никому никогда не отдам

Почему бы каждое утро не вставать пораньше? Такой мощный заряд энергии и оптимизма! Она подняла к солнцу руки, поднялась на носочки. Глаза закрыты. Еще немного – и взлетит.

Босые ножки зашлепали по полу:

– Ма-ам!

Алла открыла глаза, обернулась. Дарька, встрепанная и помятая, протирала глазки.

– Маленькая моя! Доброе утро!

Алла обняла теплую ото сна дочурку. От нее пахло молоком и карамелью.

– Ты моя конфетка шоколадная! Хорошо спала?

– Хорошо, только я не наспалась!

– Не выспалась? Мы сегодня к дедушке поедем.

В машине поспишь. А потом можно уже и в гамаке под яблоней. Если ветра не будет. Договорились?

– Договорились. Только я тогда зубы не буду чистить.

– Что еще за новости? Ну ладно, можно после завтрака.

– Да-а, мамочка! Ты такая хитренькая! – загундосила Дарька.

– Хочешь в пробке торчать?

Дарька за все свои пять с малюсеньким хвостиком что такое пробки уже узнала. Хоть ной, хоть плачь – бесполезно. Все стоят, и мы стоим – будет ответ, поэтому она как маленькая козочка замотала головой.

– Тогда поцелуй меня сто миллионов раз, и я пойду.

Алла засмеялась, поцеловала дочку в одну пухленькую щечку.

– Сто!

Во вторую:

– Миллионов!

И в носик:

– Раз!

Наскоро позавтракав овсянкой со свежим сливочным маслом, Алла с Дарькой, обе в светлых джинсах, клетчатых рубашках и розовых флисовых куртках вышли из дома.

Иван уже ждал возле подъезда.

– Доброе утро!

– Доброе, Иван! На выезде, как обычно, в супермаркет – и в Родино.

Алла села вперед, пояснив:

– Одна маленькая ранняя пташка чирикала, что будет в машине спать.

– Буду, только после магазина, а то, мама, ты деду опять не то купишь.

– Как вам будет угодно! – согласился Иван. Они ехали по пустым утренним улицам.

Пробуждение природы, пробуждение города. Как все-таки хорошо жить! Целых два дня можно будет наслаждаться покоем, красотой, чистым воздухом. Можно будет лежать в гамаке, читать что-нибудь легкое, гладить кошек. Их у деда три.

А потом еще надо окна в доме вымыть и занавески перестирать. Алла любила домашнюю работу, но заниматься ею в своей огромной квартире было совсем некогда. Вечером они с Дарькой пойдут к соседке тете Нине со старым бидоном, облитым желтой эмалью, за «утрешним» молоком и будут в сотый раз выслушивать лекцию о том, что парное молочко полезнее и вкуснее. То, что «полезнее», об этом и спорить никто не собирается, а вот насчет «вкуснее» можно бы и возразить.