Любовь без обязательств

Моя работа вся построена на колоссальной материальной ответственности. Одно послабление себе или персоналу может повлечь колоссальные потери. Деньги огромные, но я к этому привыкла.

Возвращаюсь в кабинет и поправляю неброский макияж. Сотрудник бутика должен быть одет с иголочки. Никакой вычурности, вульгарности. Глухое облегающее чёрное платье, ухоженные волосы, неброский маникюр, тонкие чулки или колготки телесного цвета и закрытые туфли на каблуке.

Мужчины приводят к нам своих женщин, чтобы подарить им что-нибудь изумительное.

Мы не должны выделяться. По сути, продавец – это ещё одна витрина.

Стильная, красивая и дорогая.

Рабочий день начинается, и немногочисленные ранние посетители заполняют торговый центр.

Проверяю электронную почту. С пятницы не прочитано уведомление о встрече арендаторов с управляющей «Вавилона» Ангелиной Беловой. В десять утра. Перевожу взгляд на золотые часики на руке. Без двух минут. Блин.

Конференц-зал находится на пятом этаже.

Вызываю прозрачный лифт, в который тут же следом забегает запыхавшаяся Ася, владелица небольшого магазина женской одежды по соседству с нами.

– Привет, Ксюш. Тоже опаздываешь?

– Немного. Привет, – складываю руки на груди.

– Кто придумал собрание делать в такую рань? Даже не проснулась толком, – ругает она руководство.

Выйдя из лифта, семеним по скользкому полу в сторону зала. Судя по идеальной тишине за дверью, встреча уже в разгаре.

Чёрт.

С детства не люблю излишнее внимание.

Выступления на публике – моя фобия. Ася распахивает дверь, я юркаю за ней, стараясь быть незаметной. В сторону трибуны не смотрю, но по телу вдруг прокатывается волна из мурашек. Так как «места для поцелуев» ожидаемо, заняты, мы размещаемся в первом ряду.

Подняв голову на сцену, сразу сталкиваюсь с непроницаемым взглядом в глазах кофейного цвета. Они лениво мажут по моим ногам и быстро возвращаются к бумагам на столе.

Как я могла не догадаться о его присутствии?

Всё логично.

Глеб – единственный владелец торгового центра. Правда, фактически управлением давно не занимается.

Пытаюсь унять дрожь в руках, лицо тут же вспыхивает краской. Мне неприятно.

Я вообще не готова столкнуться с Громовым сейчас. Два дня назад он использовал меня так, что между ног до сих пор саднит…

Назвал тупой. Обидел.

Я до сих пор помню запах его туалетной воды и то, как он реагирует на собственный оргазм. Это немало.