Мой препод – Лёд

Даже в свои восемнадцать лет, я понимаю, человеческая жизнь – это постоянный анализ собственных ошибок, а я, как оказалось, снова заблуждалась. Потому как помимо неприятных моментов, что подтянутая задница Льва Викторовича Демидова спустя два года снова катапультировалась в нашей провинции и у него при этом отношения с взрослой, адекватной девушкой, есть ещё одно обстоятельство, разрывающее душу.

Это тотальное и бескомпромиссное безразличие ко мне…

Глава 5. Лев Викторович

– Здесь не душно? – спрашивает Дана, хитро улыбаясь.

 – Я сразу поняла, что ты не хочешь обедать со своими студентами. Отлично тебя понимаю и поддерживаю.

Скептически приподнимаю брови, внимательно наблюдая, как она расправляет и без того идеально отглаженную блузку, и снова перемещаю взгляд в пластиковое меню.

Хоть кто-то меня понимает.

– Выбрал?

– Ага, – киваю и диктую только что подошедшему официанту. – Я буду борщ и два горячих – медальоны на подушке из картофельного пюре и стейк с овощами.

Хлебную корзинку и американо сразу. И… – подумав добавляю, – вместо салата роллы – вот эти с шапочкой.

– Роллы? – усмехается Морозова. – Ты же их терпеть не можешь.

Кидаю на неё предупредительный взгляд, киваю официанту и откидываюсь на спинку мягкого дивана. Долгожданная тишина.

– А вообще… вау, Демидов, – восхищённо продолжает Дана. – Всё время поражаюсь твоему аппетиту.

– Эти мышцы надо кормить.

– Ну да, – она осматривает мои плечи и закусывает нижнюю губу.

Намеренно оставляю флирт без внимания и устало прикрываю глаза.

Возвращаясь в родной город, я выбрал из двух зол самое меньшее и до сих пор уверен в том, что в Москве было бы в разы поганее. Золотые оковы с детства терпеть не могу, а столица сама по себе никогда меня не привлекала.

Вот только не покидает ощущение, что гораздо проще было остаться в Новосибирске и начать жизнь с чистого листа… Место для прохождения аспирантуры можно было найти и там, но с материалом для диссертации пришлось бы покрутиться.

Так получилось, что к двадцати пяти годам в моей жизни совершенно нет ничего незыблемого. Во всём мире нет такого человека, который мог бы задержать меня в определённом месте.

И вряд ли когда-то появится.

Отворачиваюсь, осматриваясь по сторонам. В обеденное время здесь практически никого, этим мне провинция и нравится. Помимо голода испытываю непреодолимое желание заехать в спортзал и постараться разгрузить мозг хорошей тренировкой с железом.