Дети Золотого Неба. Глаза Дракона

Попытайся кто хоть слово сказать в сторону их невестки в Никко, она сожрала бы их без остатка, только косточки бы выплюнула – так или иначе, сестра тоже была готова защищать свою семью до конца.

И хоть в своем поступке Шани не раскаивался, он прекрасно понимал, что ответить за свою собственную дерзость придется – всё-таки он грубо нарушил все те обещания, что дал матушке перед приёмом.

И всё же…

Нет, он не раскаивался.

Он бы прав.

Но, как заведено в мироздании, наказание невиновных и награждение непричастных были неизбежны.

– Твоё поведение недостойно, Шани.

Поджатые губы матушки – уже наказание.

Огорчать её Шани не любил, особенно учитывая, сколько надежд на него возложено и которые любыми правдами и неправдами приходилось оправдывать.

Но…

Но! Правда – важнее.

Он – прав.

Значит всё того стоит!

– Значит, я должен был промолчать и остаться в стороне? – голос его был спокоен и почтителен, но взгляд – глаза в глаза – вызывающим и упрямым.

Но матушка тоже была не так проста.

– Именно это ты и должен был сделать, – вздохнула она устало, глядя на него, как на неразумного маленького ребёнка, хотя он уже был взрослым! Как он мог быть достаточно взрослым, чтобы осознавать всю возложенную на себя ответственность, но недостаточно – чтобы с ним начали считаться?! – Как бы то ни было, ты не можешь на пустом месте ссориться с наследником Дома Шисэ…

Пустое место…

Пустое место?!

Замечательная, светлая, добрая, прекрасная Ола – пустое место?!

– Значит, Ола и Девон для тебя – пустое место, матушка? И я должен был спокойно смотреть, как этот бесстыдник хамит моей невестке и оскорбляет моего брата?

– Шани…

– Не ты ли меня учила, что семья – это главное, и в единстве наша сила? Что важно держаться друг за друга, защищать друг друга? Или, когда в дело вступает политика, всё это перестаёт иметь значение?!

– Ты ещё слишком юн и резок в суждениях, – ударила матушка по больному.

Нет.

Этот кусок драконьего навоза – и есть чужак!

Шани никогда не признает его частью семьи.

Его таковой не признает даже тётушка Мия, а её суждениям Шани привык доверять.

– А Ола и Девон – нет?

Хотелось закричать.

И расплакаться.