Черная звезда на счастье

Этот обязательный для нее головной убор скрывал ее кудрявые красные волосы под серебристыми прямыми прядями. Потому что у горианок сроду за всю историю не бывало вьющихся волос, и это считалось ужасно неприличным из-за ассоциаций с девушками из домов удовольствий. По этой же причине ни одна уважающая себя жительница планеты не покрасила бы волосы в красный. Но Асхелека являлась горианкой лишь наполовину.

«Твоя мать – шаггитеррианка. Ты встречала их в городе и знаешь, что это за женщины», – сказал ей тогда отец.

Асхелека знала. Это очень глупые женщины, которые часто вызывали у детей смех. И она тоже смеялась над шаггитеррианками, когда они коверкали слова и фразы и изъяснялись странными жестами на улицах. Часто они вели себя как дети и иногда играли с ней и другими девочками. И еще она замечала, как мужчины покупают им безделушки и сладости, а потом целуют прямо на улицах и забирают к себе домой.

«Я стану такой же? Такой же глупой?» – широко раскрыв глаза, спросила десятилетняя Асхелека, испытывая приступ ужаса.

«Не говори ерунды. Ты полноценная, – отрезал отец. – Но никто не должен знать. Ты горианка и все. Ясно?»

По правде говоря, Асхелеке тогда мало что казалось ясным. Прозрение приходило постепенно, по мере того, как она взрослела. Закон категорически запрещал горианцам иметь детей от шаггитеррианок, и на Горре, насколько она знала, это просто невозможно. А на Шаггитерре, где ее отец раньше служил, военным запрещалось вступать в какие-либо отношения с местными женщинами.

Постепенно до нее дошло, почему отец так боится – он нарушил запрет, совершил какое-то преступление, и она – живое свидетельство. И еще она – урод, которого заклеймят, если узнают правду. И отправят в дом удовольствий, где таким, как она, только и место.

Иногда ей становилось так страшно, что она плакала. Замечая это, отец успокаивал, как мог. Он объяснял, что все продумал, что никто никогда не узнает, что он ее защитит. «Ты нетелепат, ты не подлежишь законам о сканировании, а что до меня – то мой пре-сезар на Горре-3.

Мы в полной безопасности», – убеждал он, и на время это хорошо успокаивало. Но потом он начал болеть.

Асхелека понимала, что болезнь телепатическая – стоит вызвать врача, и отца просканируют. Обращаться за помощью никак нельзя, но и тянуть дальше – тоже. Его обмороки становились все длиннее, а накануне вечером он впервые не узнал ее, и Асхелека испытала настоящий ужас.