Одна Галактика на двоих

Тридцать кастимианцев, включая рабочих и уборщиц. С них и начнешь. На мне ближний круг эс-Фарфе.

– А это не тот эс-Фарфе, который всех землянок на Горре замуж выдает? – встрепенулся Карут.

– За землян на Горре отвечает советник Величайшего Яксин эс-Фарфе, а глава представительства на Кастимии – его сын Халлин, у них целая семья дипломатов. А ты что, материалы дела наискосок читал? – недовольно спросил Мешшех.

– Я прочитал все, что относится к взлому кода. С людьми вы и без меня разберетесь. Кстати, нужно еще проверить, нет ли возможности подключиться в систему корабля, не входя на корабль, – невозмутимо ответил эс-Кахта.

– Нет! – ужаснулся Мешшех, а Велир одновременно как-то странно крякнул. Об этом они оба не думали.

– Да, – снова вздохнул Карут. – Тогда круг сузить не удастся, и это подкинет вам обоим работы, знаю. Но теоретически это возможно. Пойду туда сразу после прилета и проверю так быстро, как только смогу.

Новость о прилете следователя из Сезариата глава миссии объявил лишь в день его прибытия.

Официально Авьем узнала об этом вместе со всеми, хоть и была помощником Халлина. После заявления на большом собрании управляющего персонала эс-Фарфе дал ей знать, что она будет участвовать во встрече гостя на космодроме.

– О, космос. Эсте, вы позволите мне отлучиться на час, хотя бы переодеться? – спросила Авьем.

– Это не церемония, Авьем, так что я считаю, что твоя одежда вполне соответствует случаю, – отмахнулся Халлин, лишь мельком скользнув взглядом по ее черному платью с тонким витиеватым оранжевым узором.

На все следующие три часа он забросал ее целой горой поручений, каждое из которых нужно было выполнить в ужасной спешке. Забронировать переговорные, составить и разослать сообщения всем сотрудникам миссии о прибытии капитана эс-Хэште, передать хозяйственной службе, чтобы подготовили комнаты для гостей и все проконтролировать.

Авьем некогда было даже подумать о том, что теперь ей делать, и эта мысль впервые посетила ее только на космодроме, когда она наблюдала за изящной посадкой «Блазара» через огромное стекло смотровой площадки.

Невиданное зрелище заставило ее непроизвольно открыть рот. Корабль был относительно небольшим, как все военные корабли, но очень красивым и в нем, в отличие от корабля Халлина, читалась неприкрытая угроза. Было сразу видно, что он военный – и по темному цвету, и по лаконичному дизайну без каких-либо украшений.