Плохая компания

Сегодня эта элита там культурно отдыхала – прямо не хуже тебя. Только отдых закончился плачевно…

– Тоже прямо как у меня, – не в силах скрыть раздражения, сказал Гуров. – Ладно, кто преставился-то?

– Некто Гладких Вячеслав Андреевич, – сообщил Орлов. – Незнакома тебе такая фамилия?

– Нет, – отрезал Гуров. – Я не вхож в элитарные круги.

– Не скромничай, Лева… Словом, лясы точить некогда, нужно отправляться в этот самый пансионат. Группа уже выехала, отправляйся своим ходом. Прямо сейчас. Больше тебе ничего сказать не могу, потому что сам ничего толком не знаю.

На месте разберешься. – Орлов помолчал и заговорил доверительно: – Лева, если ты определишь, что труп не криминальный, тут же рапортуй мне, и можешь с полным основанием возвращаться домой, к дражайшей супруге, которой мои самые теплые приветствия!

– И вас туда же… – мрачно бросила Мария, которой было хорошо слышно, что говорит Орлов.

– Она тебя тоже приветствует, Петр, – сдержав улыбку, сказал Гуров.

– Слышу, слышу, – засмеялся Орлов.

 – Можешь передать ей трубку – я готов принести ей самые искренние извинения.

– Лучше не стоит, – предусмотрительно сказал Гуров. – Иначе ты можешь услышать не совсем те слова, к которым привык.

– Лева, за годы работы я привык ко всему, – хмыкнул Орлов. – И поверь, мне совсем не улыбается срывать тебя с места ближе к ночи. Но сам понимаешь, будь дело пустяковым, я бы тебя не потревожил.

– Да все я понимаю, – отозвался Гуров. – Где находится-то этот пансионат?

– На Клязьминском водохранилище.

Орлов продиктовал координаты, Гуров запомнил их, после чего спросил:

– Крячко брать?

– Возьми на всякий случай, – решил Орлов. – В принципе, до выяснения можно было и одному справиться, но, если выяснится, что это все-таки убийство, тебе придется нелегко. Там полно народа из числа отдыхающих, каждого нужно опросить… А кто у нас, как не Крячко, умеет душевно разговорить свидетеля? Так что с ним тебе будет сподручнее.

Гуров кивнул самому себе, попрощался с Орловым, сказав, что свяжется с ним, когда осмотрит место преступления и будет готов сделать какие-то предварительные выводы.

Убрав трубку в карман, он посмотрел на Марию. Та сидела с отсутствующим видом и расстроенно барабанила пальцами по столу.

– Маша, мне, собственно, нечего тебе объяснять, потому что ты сама все слышала, – начал Гуров. – Могу добавить только, что мне самому ужасно жаль.

– Твоя проклятая работа постоянно стоит между нами! – наконец проговорила Мария.