Позволь спеть тебе о печалях…

Спокойствие и баланс. Все это не мои сильные стороны. – Подумай вот о чем, – вместо оскала натягиваю на лицо улыбку, – когда ты пожал мне руку ты же чувствовал магию? Ты видел кровь, но твоя рука в порядке. Продолжишь называть меня какой-то человеческой шарлатанкой? – к концу не сдерживаю эмоции, и слова выходят через зубы. Чтобы великого духа Ирия оскорблял обычный человек? Это же возмутительно.

– Могу назвать тебя волшебной шарлатанкой, легче станет? Ладно, разберемся с тобой позже, все равно уже заключил сделку, – он словно только сейчас замечает дождь и смотрит на небо.

 – Пойдем, – Марк хватает меня за руку, по собственной воле, прошу заметить, и тащит к воротам университета.

– Куда ты меня ведешь? – пытаюсь вырваться из цепкого захвата. Он учебники поднимает или гантели? Если все же учебники, какой они тогда толщины? – Отпусти или расцарапаю тебе лицо, – угрожаю совершенно неискренне. Уродовать такое красивое лицо я не собираюсь, мне же на него смотреть, пока не выполню договор.

– Снова переходишь к угрозам? – усмехается парень, оборачиваясь ко мне лицом на секунду.

 – Я не собираюсь спорить с тобой под дождем, мне завтра все еще надо на занятия. Тем более ты сама просилась в мой дом.

– Тогда я на все согласна, – мгновенно успокаиваюсь и послушно следую за ним.

Марк отпускает меня, удостоверившись, что никуда не собираюсь убегать или нападать. Ни то ни другое не в моих интересах. Зачем мне бежать? Это я две недели за ним таскалась тенью.

Мы идем до ближайшей остановки несколько минут.

Марк старательно перешагивает или обходит все лужи и терпеливо ждет на светофоре, хотя машин вокруг нет. Я же пру прямо через лужи, потому что уже настолько промокла, что меня ничего не спасет. Да и заболеть мне не страшно. Когда мы доходим до остановки, Марк сразу же прячется под крышу и вопросительно смотрит на меня, когда я остаюсь снаружи, на что отвечаю загадочной улыбкой.

Зачем люди прячутся от дождя? Одежда высохнет, сопли пройдут, зато воспоминания останутся. Тем более дождь – дар небес и одного вполне конкретного бога Перуна, который, чисто технически, еще и мой родственник.

С небольшой натяжкой. И дары богов полагается принимать с благодарностью, а не скрываться от них. С дождем мир становится прекраснее, живее, ярче, хотя небо и затянуто облаками.

Я скучаю по дождю, когда возвращаюсь домой в Ирий, ведь там царит вечное лето с бесконечным солнцем, цветами и ярко-зелеными листьями. Скука, а от запаха благоухающих цветов можно задохнуться.