Корсар

Ева открывает рот, потом закрывает, несколько раз испуганно моргает, а я улыбаюсь.

– Какая? – На веснушчатом лице почти ужас, а в глубине моей души волна досады поднимается. Понимаю, о чём она подумала: что приставать сейчас начну, брюки зубами рвать, причиндалами перед лицом трясти. Чёрт, какого хрена она так трясётся?

– Не бойся, насиловать не стану.

– Я не… Родион… я не об этом…

– Помолчи, а то просьбу прослушаешь, – жестом останавливаю поток бессвязных бормотаний, и Ева затихает. – И вообще, старших нужно уважать и не перебивать, когда говорят.

Так вот, прекращай, во-первых, мне выкать, а, во-вторых, никакой я тебе не Родион. Тоже мне, удумала.

Выдаю на одном дыхании и улыбаюсь. Первый ход сделан. Посмотрим, куда дальше кривая выведет.

– А кто? – округляет глаза и сглатывает.

– Дед в кожаном манто.

Она секунду смотрит на меня, а потом смеётся. Закрывает лицо руками, пополам сгибается и хохочет. Святая колодка, за что мне это? Господи, искушаешь зачем? Зажмуриваюсь и делаю три глубоких вдоха.

Надо умыться, что ли, холодной водой или вообще, часа три поплавать, чтобы дурь из башки выветрилась.

– Так и называть?

– Можешь и так, но лучше Роджером.

Она прекращает смеяться и кивает.

– Хорошо, Род… Роджер. Договорились.

– Так и думал, что у нас это получится с первого раза. Договориться, в смысле, – улыбаюсь, потому что ничего не могу с собой поделать. Старый дурак, извращенец мерзкий. Но пусть, всё равно никакая разница в возрасте и мои тараканы не помешают любоваться ею.

 – Так вот, твой брат пришёл ко мне сегодня, просился в участники.

– Слушайт… слушай, – поправляет себя, виновато улыбнувшись, – я всё-таки не понимаю, в чём они участвуют? Это что-то опасное, да?

Эх, золотая девочка. Вот как тебе сейчас объяснить, чтобы ты в обморок не рухнула? Но, делать нечего, придётся как-то рассказать. Главное, не напугать ещё больше, а то и так бледная, как полотно, хоть и храбрится изо всех сил, умница такая.

– Будет аккуратным, ничего с ним не случится. Впрочем, пойдём, покажу. Рассказывать я не мастак.

Ева кивает, поднимается на ноги и протягивает мне руку. Несколько секунд смотрю на изящную бледную кисть, красивые пальцы, как и у брата созданные для игры на скрипке, и не знаю, как лучше поступить. Самый важный момент: смогу ли потом отпустить?

А, и чёрт с ним. Будь, что будет.

– Замёрзла? – Сжимаю ладонь в своей, а Ева отрицательно машет головой.