Назад дороги нет

Ещё и спорить пытается, нос задирает, другом себя возомнив, хоть как никто другой знает, что если и есть вещь, которую я не приемлю в деловых отношениях – это панибратство. Дружить мне есть с кем, мне охранник нужен.

И всё это из-за того, что он метит на место начальника службы охраны, нынче вакантное. Только хрен ему, рылом не вышел. Я лучше пущу себе пулю в лоб, чем дам Гене повышение.

Снова смотрю на танцующих, а взгляд помимо воли останавливается на блондинке. Гибкая, как кошка, высокая, с умопомрачительными ногами.

И правда, хороша. С кем пришла, интересно? Рассматриваю зал, но не замечаю того, кто может быть её парой. Все пришедшие заняты каждый своим делом: напиваются, ржут, тискают своих подруг… в общем, наслаждаются отдыхом на полную катушку.

Замечаю Роджера – своего лучшего друга – за одним из столиков. Его рыжая шевелюра, что костёр на снегу – горит всеми оттенками красного. Отталкиваюсь от бортика и бросаю последний взгляд сверху на толпу. Ну, самого себя обманывать-то меньше всего люблю.

На блондинку я пялюсь, ибо она чудесна. Редко такие красотки в "Бразерс" заходят.

Когда спускаюсь в зал, по привычке выхватываю взглядом работников, одного за другим. Главное, чтобы все были на местах, своим делом занимались, но пока, вроде как, всё в норме. Охрана рассредоточилась по углам, официанты бегают с подносами, бармен разливает спиртное. Отлично. Смотрю на сцену, где тужится, надрывая горло, солист, а барабанщик чуть не головой бьётся в экстазе. То, что надо нашим посетителям, именно за этот драйв и рвущие перепонки басы я и плачу им.

С высоты своего роста мне легко найти девушку, плавно двигающуюся под рваный ритм, и я невольно улыбаюсь, наблюдая за ней. Вдруг останавливается и резко опускает голову, а на лице отображается замешательство. Мне становится интересно, что смогло прервать танец, но плотная толпа вдруг скрывает девушку от меня. Ну и хрен с ним, других дел полно.

Разворачиваюсь и иду в дальний конец зала, чтобы поздороваться с Роджером, пьющим пиво отчего-то в гордом одиночестве.

– О, Вик, – восклицает друг, завидев меня. В единственном здоровом глазу, не скрытом чёрной повязкой, отображается радость. – Как ты?

Не задумываясь, уверяю, что у меня всё хорошо, потому что это – чистая правда и моя философия. Всё или уже хорошо или непременно скоро будет. И я даже сам в это научился верить.

Только было решаю присесть рядом с Роджером, как из толпы выныривает Юлечка – администратор.