Неродственные связи

Сергей Владимирович, Костик ни при чём!

Она такая смешная с воинственно вздёрнутым подбородком, румяная, нахохлившаяся. В голубых глазах решимость, а Костик целует её в висок и что-то нашёптывает на ухо. Маша – тихая и скромная девочка, но сейчас она готова даже со мной схлестнуться, чтобы ничего милому и единственному не сделали.

– Нет, Костя, это я выключила телефон! – настаивает и зыркает на Костика пламенным взглядом.

– С ними бесполезно разговаривать, да? – Алиса опирается плечом на дверной проём и впервые смотрит на меня не как на чужого человека.

И мне это нравится, потому что у нас с ней одна проблема на двоих – наши дети. Впрочем, мне отчего-то жутко хочется, чтобы общего у нас стало намного больше.

И это не внуки.

Наши голубки милуются, о чём-то шушукаясь, Алиса стоит растерянная, а я незаметно достаю из кармана телефон, и, держа его под столом подальше от чужих глаз, открываю вкладку с сообщениями. Я не хочу ни о чём думать, мне не нужен глубинный анализ собственных желаний, мне просто хочется узнать эту женщину получше.

Ну и, конечно, обсудить сложившуюся между нашими детьми ситуацию. Предложение, надо же. Собственно, сын, сам того не ведая, сделал мне подарок – повод для разговора. Не Костик, а шкатулка с сюрпризами.

«Прогуляемся?»

Проходит всего мгновение, требуемое на доставку смс, и спустя долю секунды Алиса вздрагивает. Хлопает себя по карманам, достаёт телефон и смотрит на экран удивлённо. А я беру кусок колбасы и, словно меня вообще не касается причина её замешательства, энергично жую.

Дико голодному, мне отчаянно мало этих огрызков колбасной промышленности, но молодёжь, похоже, этой ночью питалась всё больше любовью, а остальное так, для антуража.

Закинув в рот кусочек заветренного сыра, сквозь опущенные ресницы слежу за Алисой и жду какого угодно развития событий: возможно, прямо сейчас мне что-то прилетит в голову, либо буду послан далеко и надолго, или моё сообщение вовсе проигнорируют, оставив без ответа.

Но Алиса просто кладёт обратно телефон в карман и, резко развернувшись ко всем спиной, выходит из комнаты.

И это будто бы сигнал, и губы сами по себе расползаются в улыбке.

– Только я вас умоляю, предохраняйтесь, – бросаю напоследок, прежде чем выскочить из комнаты вслед за Алисой.

И это… волнительно, что ли? Алиса, сама того не ведая, разбудила во мне давно погребённые накопленным опытом и лёгкостью побед последних лет инстинкты охотника.