Старший брат моего жениха

Второй раз ты меня на это не возьмёшь.

– Не бойся, – наступает, нависает сверху, отрезает своими широченными плечами вид на сцену, путает все мысли. – В этот раз я не сделаю тебе больно. Обещаю. Слышишь меня?

И я слышу, несмотря на грохот музыки, но всё равно пытаюсь отстраниться, выпутаться. Руслана слишком много вокруг меня – с первой минуты его приезда много. Довлеет, пугает, выводит на эмоции. И сам ими будто бы упивается.

– Кира, пожалуйста, – в голосе нет мольбы. Он не просит, он предупреждает: или будет, как он сказал, или всё равно будет, как он сказал, но с применением иных методов.

Его энергетика – мощная, резкая, хлёсткая, как порыв ветра в декабре – сминает меня, превращает в крошечную песчинку. Но я не хочу так, мне это не нравится, потому я отступаю на шаг назад и отрицательно качаю головой.

– Я никуда с тобой не пойду.

Что это? Глупость? Попытка отсрочить неизбежное? Желание показать, какая я дерзкая и самодостаточная? Что могу сопротивляться ему? Не знаю.

Я снова отступаю назад, Руслан шагает вперёд. Назад-вперёд и так, пока я не упираюсь спиной в какую-то поверхность. Стена, наверное, а вокруг темнота, и даже свет многочисленных прожекторов сюда не достаёт. Меня засасывает в какую-то иную реальность. Мне она не нравится: в ней душно и тяжело дышится, и резкий аромат туалетной воды Руслана снова забивается в ноздри.

Мы словно круг за кругом приходим в одну и ту же исходную точку.

– Я же не сделаю тебе ничего плохого.

 – Руслан касается моих волос, пропускает прядь через пальцы, чуть тянет на себя, но быстро отпускает, словно мои локоны обжигают его кожу. – Тебе не нужно быть в этом клубе. Давай домой отвезу?

– Сумасшедший?! Я пришла сюда с друзьями, мы просто отметим сдачу экзамена, предпоследнего. Если ты боишься, что я буду изменять Егору, не буду!

Наверное, я слишком сильно нервничаю. Почти кричу, снова мечтаю сделать больно Руслану. Откуда во мне это? Глупости какие-то.

– Этого я не боюсь, – замечает, наклонившись ко мне так близко, что слышу биение его сердца. – Это я боюсь изменить Егору.

Не хочу понимать, что это значит. Мне неинтересно, совсем неинтересно.

– Отойди, я ведь закричу.

– Уезжай, Кира. – В голосе такая усталость, что даже больно становится. – Это нехорошее место.

Он всё ближе и ближе, и воздух заканчивается. Но вдруг мелодию, что льётся из колонок, прошивает бодрый голос диджея.