Дыхание солнца

Но, поверьте, Наим из моей лавки – не самая ценная вещь, которую воришка сумел стащить.

– Что? – голос Алиши дрогнул.

Серхат хрипло рассмеялся.

– Айла, не будь я джином, я бы сказал – на тебе висит проклятье. Ты всегда слишком близка к правде, чтобы быть в безопасности, но недостаточно, чтобы собрать мозаику целиком.

– О чем ты? – разочарованно спросила та. – Я что-то узнала, верно? Что-то важное. И раз ты взял в охрану всего одного ифрита, то, выходит, этот вор не так уж и страшен?…

Теперь уже хохотал Мерт.

– Уже одно то, что Серхат взял кого-то в охрану явно намекает, что дела не просто плохи, – отсмеявшись произнес Мерт. – А чертовски плохи. Как насчет заказать гроб прямо сейчас?

– Можно и кремацию, – вставил Сефу. – Недорого.

– Что бы я без тебя делал?

Ответа явно не требовалось, но ифрит на всякий случай пояснил:

– Гнил бы в земле.

– Меня сейчас вырвет, – предупредила Алиша, и Сефу пожал плечами.

Она вновь посмотрела на джина. Тот скучающе глядел на небо – солнце уже почти скрылось за горизонтом. Алиша тяжело вздохнула, понимая, что он совершенно ничего не намерен им рассказывать. Оставалось только одно – вот только прибегать к этому способу ужасно не хотелось.

– Проси что хочешь, Серхат.

– Нехорошо, – прокомментировал Мерт, – отвратительно.

Серхат перевел взгляд на Алишу, и в его глазах впервые появился интерес.

– С каких пор тебя интересует что-то кроме лекарства? – уточнил он. – Султан, Наим. Тебе ли не плевать?

Алиша могла бы рассказать джину про Бальту и сделку с ним, но ей ужасно не хотелось этого делать. Серхат был хитрым. У него получилось бы вывернуть любую ситуацию себе на пользу, и Алише нужен был запасной план. Не удастся получить лекарство от джина – она получит его от Визиря. И Серхату об этом знать не следует.

– Кто-то стер мне память, – стараясь говорить, как можно уверенней, произнесла Алиша. – И я хочу знать – почему? Откуда этот список, и связан ли с этим Султан? Я просто желаю знать правду, разве этого недостаточно?…

– Недостаточно.

Алиша озадаченно замолчала.

– Желание знать правду – недостаточно, – повторил Серхат. – Ты никогда не хотела знать правду.

– Все меняется, – развела руками она. – Я предлагаю тебе все, что хочешь.