Связаны. Сублимация

– Удивляться нечему. Ты забыла, что моя мать Аннелис? Меня растили на трех языках, русском, немецком и английском. Я даже думаю на трех языках, – Ерсэль засмеялась. – Как я понимаю, у тебя нормальные взаимоотношения с Аннелис? Попроси, она быстро тебя научит. По крайне мере английскому и немецкому.

– Скажем так, я почти с ней не общалась. Аннелис мне нравиться. Все время, она была в клинике, зато я была в коме или как это называется. Вернулись мы два дня назад, пока не было возможности поговорить по душам.

– Слушай, Тёма, конечно, ближе к маме, но я тоже ее дочь, могу сказать тебе со сто процентной уверенность, ты ей нравишься. Думаю, она тебя уже полюбила. Вы поладите.

– Надеюсь, – Мару и в правду хотела подружиться с Аннелис. Она уже сейчас думала о ней как о матери, ведь со своей у нее не получилось общение.

– Мару, я хочу кое-что узнать. Возможно, тебе покажется странным, ты в праве отказаться, но я могу дотронуться до твоей головы? Я умею получать нужные для меня воспоминания других людей.

Хочу понять, что сделал Бернхард. Обещаю, не буду копаться в твоих мыслях.

Мару задумала, решив, что ничего страшного не произойдет кинула.

– Что мне надо сделать?

– Ничего, просто сиди спокойно, – Ерсэль положила левую руку на затылок Мару, а правую на лоб, закрыв глаза она сделала глубокий вдох. – Погоди, ты левша? – Мару кивнула, Ерсэль поменяла руки местами и вновь закрыла глаза. Спустя минуту, она убрала руки. – Я, конечно, знала, что отец жестокий, но, чтобы он мог такое с тобой сделать.

Мару, прости, это ужасно. Я приношу тебе извинения за своего отца.

– Юль, прости, Эль, не надо. Все в порядке. Правда. Я уже отпустила ситуацию.

– Нет, это ужасно. Получается, в том, что произошло с тобой виноват Бернхард. Теперь я понимаю, почему мама ушла от него. Мару, ты не представляешь, что он мне наплел про вас. Даже пересказывать не хочу, – на глазах Ерсэль образовались слезы. – Он чудовище.

Черт, я еще на Тёму наезжала, что они обидели отца. Мне так жаль.

– Не кори себя, ты же не знала. Забудь, главное, что сейчас уже все в порядке, – Мару попыталась успокоить подругу, вышло не очень.

В дверь постучали, это был Тёма, он зашел и увидел чудесную картину, как две его любимые девочки сидят в обнимку.

– Извините, что отвлекаю вас, но вы тут уже почти четыре часа сидите. Мы уже собрали шатер на улице, готовы жарить мясо, пить вино.