Слезы уснувшей вечности

Зато одного выступления хватает, чтобы расплатиться почти за месяц проживания здесь.

– А ты популярна.

– Еще бы, – самодовольная ухмылка появилась на ее лице. Она ткнула пальцем несколько раз в щеку мальчика. – Просыпайся и топай спать, – ребенок упрямо мотнул головой, отказываясь уходить и вцепился в тонкую женскую руку. – Эй! Давай уже, иди, – но Киран не реагировал. – Ну, что с тобой будешь делать.

Она встала и взяла на руки мальчишку, который тут же обхватил ее за шею руками.

– Кто он? – золотые глаза выражали крайнюю степень любопытства вперемешку с раздражением.

– Тебя не касается.

Быстрым плавным движением Саргон в мгновение ока оказался около девушки. Схватив ту за плечо, приблизился недопустимо близко. В красных глазах отразились мимолетный испуг и удивление, скрывшиеся за обжигающим холодом.

– Отпусти.

И Саргон послушался на удивление легко. Еще с минуту они противостояли друг другу взглядами. Первой вновь сдалась Лейла, отвернувшись в сторону. Что-то поняв, король отправился прочь.

– Завтра буду ждать тебя на том же месте в лесу, когда солнце достигнет зенита, – и вышел за дверь.

Лейла не успела ответить хоть что-то.

– Пойдешь? – спросила Нери, стоящая на верхней ступеньке лестницы, видимо собиралась вернуться к гостю.

– Нет, – Лейла начала подниматься на второй этаж, идя в комнату Кирана.

– Почему?

– Потому что мы враги и друг друга терпеть не можем.

– Разве? А, по-моему, ты ошибаешься.

Лейла замерла, остановившись за спиной девушки.

– Что ты имеешь ввиду?

– Не знаю, как правильно сказать, но ваша неприязнь была похожа на обыкновенную привычку, – Лейла в удивлении распахнула глаза. – Конечно, я видела и слышала, как вы ругаетесь и прожигаете друг друга взглядами, но не ощущала ни ненависти, ни вражды, ничего подобного. Только тоску, печаль и что-то еще, не смогла понять. Поэтому, Лейла, – Нери развернулась и встретилась взглядом с не верящими алыми глазами. – Я думаю, что вам двоим непременно нужно поговорить.

Таким тоном Нери очень редко просила что-то сделать, можно сказать, что практически никогда. Но переступить свое упрямство Лейле было очень сложно. Внутри себя она уже согласилась на разговор с королем, но внешне никогда в этом не призналась бы.

– Да ни за что. Ему надо, пусть и бегает за мной, – проговорила, скрываясь в комнате ребенка.