До конца света оставалось: Loading…

Монстр сидел в машине с открытым окном и высунул руку на улицу. Я спокойно подошла к нему и спросила.

– Простите, а здесь маленькая чёрная собачка не пробегала? – в тот момент, когда он обратил на меня внимание, я достала шокер и прикоснулась к его руке.

Раздался характерный треск. Он моментально вырубился. Я перетащила его на пассажирское сидение. Достала из кармана стяжки и связала руки, закрепив их на поручне. Закинула на шею петлю через подголовник, так чтобы он не мог двигаться, но и не слишком сильно, чтобы не придушить его раньше времени.

Я села за руль и отогнала его машину прямо к милицейскому участку. Остановилась в тёмной подворотне между двумя домами. С видом на центральный фасад здания доблестных служителей закона. Я достала Глок из-под куртки, и шлёпнула ладонью своего пленника. Он очнулся и начал дёргать руками.

– Бесполезно. Эх, Саша, Саша. Что же ты творишь? Разве это прилично следить за маленькими девочками?

– Я лейтенант милиции! Это похищение! Тебя посадят! – его голос сорвался на визг.

– Да, не ори ты. Ща поговорю и выпущу, – соврала я. Это не входило в мои планы.

– Что тебе нужно?

– Мне нужно, чтобы ты на камеру представился и рассказал, где спрятал дюжину трупов. О каждой по порядку.

– Рехнулась?

– Значит, нет? Тогда я просто пристрелю тебя, оставлю это здесь, – я показала сводки о пропавших, – а у тебя в багажнике найдут металлический прут и охотничий нож со следами крови и ДНК пропавших. Пойми, Саша! Думаешь, ты – монстр. Нет, чувак. Я пострашнее буду.

Поэтому будь лапочкой и сообщи, пожалуйста, родственникам, где тела их дочерей.

– Я убью тебя.

– Ой ли! Напугал. Считаю до трёх. – щёлкнула затвором. – Раз, два – направила ему в голову ствол.

– Ладно, ладно! Пиши. Я нажала на запись в его же собственном телефоне. Жестом показала старт.

– Я Пируев Александр Игоревич сознаюсь в убийстве: Виктории Новиковой в восемьдесят восьмом году. Куприной Ирины, тело зарыто вблизи просеки, чуть дальше поворота «Урал» – видео растянулось на двадцать минут.

Ему доставляло удовольствие вспоминать о каждой девочке. Он говорил в подробностях. Смаковал этот момент. Как оказалось, их было не двенадцать, а двадцать две. Просто не всех искали. Когда он закончил, я остановила запись.

– А теперь вон из моей машины!

– Легче то стало?

– Намного.

– Я забыла, это не исповедь, а отпуск грехов. Прощай. – Выстрелила ему в голову. Запах пороха наполнил салон. Меня чуть не вывернуло от вида убитого.