Повешенный

Было ли это простым совпадением или же Натаниэль оказался далеко не любителем сыграть в покер, Уильям не знал, но предупреждающий голос в голове советовал как можно скорее уйти отсюда.

– Боюсь, сеньор Куэрво склонен преувеличивать некоторые вещи, – негромко хохотнул Уилл, унимая пронзившую руки дрожь. – Особенно когда они касаются моего таланта к игре.

Горло пересохло настолько, что даже собственный голос показался Уильяму хриплым и надломленным, когтями по школьной доске процарапывающим себе путь на свободу, чтобы произнести эти несколько слов.

Он чувствовал себя неловко, осторожно выдвигая вперёд несколько фишек. Окружающие словно бы и не замечали тёмного тумана, расползающегося вокруг их столика, скользящего по полу, окутывающего каждого присутствующего в этом баре.

Рука сама потянулась, чтобы добавить ещё несколько фишек к уже выставленным в начале.

– Десять кругов, – голос Натаниэля вырвал Уилла из охватившей его прострации и вернул обратно за игральный стол и карты.

Уильям не сразу сообразил, о чем была последняя фраза, однако взгляд упал на выдвинутую вперёд к уже находившимся там двум фишкам парочку черных, чья сумма слишком ощутимо превышала его месячную зарплату.

Натаниэль сбивал: своими жестами, ухмылками, фразами. Ставки, которые новый знакомый уверенно повышал, увеличивали растущую в центре стола гору фишек довольно быстро. Уильяму удалось вытащить неплохую комбинацию, сменив парочку карт, однако у него всё ещё не было ни одной старшей.

Спокойствие давалось ему с большим трудом, но он смог совладать с бьющимися мелкой дрожью руками и скатывающимися по коже капельками пота. Пальцы сами толкнули вперёд ещё несколько фишек, при проигрыше загонявших Уильяма в долговую яму на ближайшие пятьдесят лет. Уилл даже улыбнулся, представив, как отрабатывает проигранную сумму, трудясь на благо мистера Кёнига следующие несколько десятилетий. Возникшая в голове картина его развеселила, и Уилл, пару мгновений подумав, выставил ещё парочку черных фишек, поднимая предложенную соперником ставку в два раза.

– Пятьсот пятьдесят долларов? – Натаниэль скептично выгнул бровь. – Мистер Белл, скажите честно, кем вы работаете, что можете позволить себе поставить на кон целых пятьсот пятьдесят долларов? Вы чей-нибудь личный адвокат? Или, возможно, брокер? Или… как там эта фраза звучит? – он характерно цокнул языком, словно что-то вспоминая.