Подвал с секретом

Она перебралась ближе к киоску и попыталась рассмотреть, что происходит на парковке в прогал между киоском и рефрижератором, но здесь обзор оказался еще хуже. Тогда она вернулась к концу аллеи, прислонилась к дереву и замерла. Часть парковки лучше, чем ничего. Занятая перемещениями, Нина не заметила, как с противоположной стороны от ствола такого же чахлого дерева оторвалась фигура мужчины и двинулась в сторону выезда. Впрочем, если бы она и увидела мужчину, ей бы и в голову не пришло, что он именно тот, кого она в течение нескольких часов так усиленно высматривала.

Слежка, или наружное наблюдение, как называли то, чем занималась Нина на протяжении нескольких последних часов, оказалась делом нелегким. Спустя два часа затекли ноги от долгого стояния на одном месте. Еще через час заныла спина, голова слегка кружилась от недостатка воды. Озаботиться тем, чтобы запастись водой и едой, она не подумала, сказывалась нехватка опыта.

Неизвестно, чем бы закончилось это стояние, если бы не полковник Гуров.

Нину он увидел, как только вышел из машины, припарковав ее ближе к билетным кассам. Заметив темные очки и платок, к тому времени сползший с головы и вялым ошейником обрамлявший потную шею, он тут же понял, чем та занята. Ох и рассердился же он! Ну что за детский сад, что за самодеятельность! Вздумала в детектива играть. И с кем? С серийным убийцей!

Решительным шагом он направился к аллее. Нина заметила его лишь тогда, когда расстояние между ними сократилось до десяти шагов.

Сперва она растерялась, спряталась было за ствол дерева, но потом поняла, что полковник ее уже увидел, так что все равно неприятного разговора не избежать, и прятаться передумала. В конце концов она свободная женщина и вольна находиться, где захочет и когда захочет.

– Это что за выкрутасы? – остановился в двух шагах от нее Гуров. – Нина Илларионовна, объяснитесь, пожалуйста.

– Я ничего не обязана вам объяснять, – памятуя, что лучшая защита – это нападение, ринулась в бой Нина.

 – И вообще, нет такого закона, который запретил бы мне здесь находиться.

– Закон целесообразности. – Поняв, в каком состоянии она пребывает, Гуров сбавил тон: – Простой закон целесообразности. Вы рискуете своей жизнью, ставите под удар себя. Кроме того, вы сводите на «нет» мои усилия. Да, да, мои усилия. Позвольте вам напомнить, не далее чем вчера вы сидели в моем кабинете и уговаривали взяться за розыск вашего жениха.