Хамелеон

Или ты думаешь должно быть иначе?

На вполне резонное высказывание Герману ответить было нечего, тон его смягчился – Ты прав, я перегибаю палку.

– Ну-у, перестань! – льстиво усмехнулся Нуриев – Сомнение – золото, когда льётся оно в общую кадку.

– Филосовствуешь?

– Увы, цитирую реальность! – миролюбиво стряхнул пепел Альберт – Нарретдин таскал порошок в столицу давно, не первый год, и мы его вели давненько, и скажу тебе честно – врагов у него тьма, не поверишь даже! Задержанный зашёлся в истошном кашле – Я вам не мешаю? – оба силовика повернули в сторону Авеля головы, Нуриев, совершенно не обращая внимания на таджика, продолжил – Он кинул серьёзных людей, Герман, не мелочь, не сошек, а самих поставщиков.

За его голову назначено зерро!

– Кто такие? – Орлов слушал зама внимательно, поражаясь в душе, с какой поразительной лёгкостью лжёт подчинённый – Я надеюсь ты просветишь меня на этот счёт?

Альберт скупо пожал плечами – Дагестан, пока больше мне добавить нечего.

Идёт серьёзная оперативная разработка, это целый наркотрафик, Герман, а не жалкие «чеки» наших наркош. Давай не будем кричать гоп, пока не перепрыгнем, ладно?

– Помощь нужна, не стесняйся, говори!

– Как понадобится, ты узнаешь об этом первым.

– Ты куда-то спешил, как мне показалось? – Орлов всем своим видом дал понять, что аудиенция окончена – Или что-то ещё?

– Ты, как всегда, прав! – силовик поднялся и небрежно кивнул в сторону Авеля – Не прощаемся, я ещё заскочу, а этого заднеприводного отдай мне… поверь, он вполне заслужил ту участь, что сейчас постигла его!

Альберт протянул Орлову руку, Герман охотно сжал ладонь зама.

Взгляды мужчин встретились; два цепких, хищных взора противника, воюющих на одном рубеже, но за разные добычи. Секунда, другая, рукопожатие затянулось, подполковник зло сощурился, не решаясь разомкнуть священную нить «соития».

Едва слышно, вполголоса, Герман Петрович безапелляционно произнёс – Я отдаю тебе дело Нарретдина в полное распоряжение, что хочешь с ним, то и делай, а Флоренталь не трожь, ни морально, ни физически!

Альберт выдернул руку – Не переживай, она мне уже не интересна, а за черножопого спасибо, не всё ещё я с него спросил!

Не оборачиваясь, Нуриев вышел, громко хлопнув дверью и таща за собой разбитого вдребезги Авеля.