Путь Дракона. Том 3. Атака

 – «Жалкое зрелище!».

– Зачем ты здесь? – отдышавшись, спросил, наконец, отец.

– Хм, вижу, что после стольких лет разлуки вы мне все-таки не рады. Тогда буду краток, потому что свидание с вами и мне не доставляет никакого удовольствия. Я желаю, чтобы вы отреклись от власти и передали корону мне.

– По какому праву ты требуешь моего отречения? – отец сжал подлокотники так, словно хотел их раздавить.

– По праву сильнейшего, – рявкнул я – по праву старшего сына!

– Никогда! – прошипел он, прожигая меня яростным взглядом.

 – Никогда тебе не править темными, ты, предатель!

– Отец, отец, за столько лет вы совершенно не изменились, как были глупцом, так им и остались! – мягко произнес я и услышал за спиной смешок Коула. – Меня не интересует ваше мнение, также как и власть над темными. В отличие от вас у меня есть амбиции и достаточно сил, чтобы осуществить свои мечты. Корона Талинги – это только начало, первая ступень к величию и власти над семью мирами.

Впрочем, вам этого не понять. Коул, давай!

Коул с места прыгнул на отца и, ловко выдернув его из кресла, повалил на пол, я быстро встал, подошел к столу и налил из кувшина воды в кубок, вылив туда заранее заготовленное снадобье. Коул железной хваткой прижимал старика к полу, не давая ему возможности даже пошевелиться.

– Ты хочешь меня отравить, подлец? – прохрипел отец, в бессильной ярости. – Убив меня ты никогда не получишь трон темных!

– Ну, зачем мне вас убивать? – я присел рядом с отцом на корточки.

 – Это питье поможет вам стать уступчивей и поменять свое мнение в вопросе передачи власти, потому что у меня нет времени и желания убеждать вас другим способом.

Коул схватил его за голову и зажал нос, я влил питье в его раскрытый рот и закрыл его рукой, чтобы отец не смог выплюнуть зелье. Он забулькал, захрипел, но проглотил воду с зельем и потерял сознание.

Мы с Коулом подняли с пола обездвиженное тело, перетащили его в соседнюю комнату и уложили на кровать.

Доктор сказал, что зелье подействует через две четверти часа, и потому мы с Коулом устроились в креслах и принялись ждать пока отец придет в сознание.

– Он не того? – через три четверти часа спросил Коул, неопределенно помахав перед лицом рукой.

Я наклонился и присмотрелся к старику, его грудь еле заметно поднималась в такт дыханию, а под закрытыми веками двигались глазные яблоки.

– Нет, жив.