Не играй с нами, девочка

Анна попробовала помешать, но он ухватился за ее талию и поднял, усадив на столешницу. Его сильные пальцы вновь скользнули ниже и нырнули под одежду. Он поменял тактику, больше не стаскивал саму майку, а нежно гладил ее кожу и заодно как бы невзначай задирал край. И при этом жадно и насмешливо смотрел, буквально прожигая насквозь.

– Я отдам тебе свою рубашку, – торговался он.

– А рубашка ничего не прячет? – скривилась Анна.

– Ее можно не застегивать.

Ох, находчивый сукин сын. Так вот он какой, подпущенный к телу.

Чего и стоило ожидать, нагловато-нахальный и самоуверенный до скрипа на зубах.

– Не застегивать? – переспросила она, заражаясь его беззаботным весельем.

– Да, я покажу.

Все-таки он раздел ее. Марк отбросил майку и провел широкими ладонями по ее плечам, одновременно ласково и настойчиво.

– Хотя можно и без рубашки, – шепнул он.

Она коснулась его губ и дразняще поцеловала. Марк забылся, и она с легкостью вырвала из его ладони рубашку, после чего отстранилась и накинула ее на плечи.

Он рассмеялся и помог просунуть руки в рукава.

– Я не всегда такой, – сказал он. – Не привыкай.

Анна машинально потянулась к пуговицам, но вспомнила о игривом предложении и оставила волнующий разрез, который обнажал ее грудь. Не так уж и неприлично, все-таки его рубашка была слишком велика.

– И не думала, – ответила она. – Никогда не страдала глупостью.

– Мало ли. Моя обаяние снесёт голову…

– Ты сегодня в ударе. Одна острота за другой.

Она спустилась на пол, толкнула его бедром и вернулась к чайнику.

В какой-то момент Марк расслабился и перестал самодовольно скалиться. И поддевать каждое произнесенное ею слово.

После нехитрого завтрака они устроились в гостиной. У Марка неожиданно нашлось время, и он остался с ней, отвлекая пустой беседой. Хотя время от времени он косился на сотовый и набирал сообщения, но все же слушал и делился четко по теме. Оказалось, она соскучилась по разговорам и по чужому голосу, последние дни она говорила только с собой и то больше кричала.

– Если тебе пора, то просто скажи.

Анна не хотела навязываться.

– Когда мне будет пора, я встану и уйду, – кивнул он.

– А, если мне надоешь ты, я тоже могу прямо заявить об этом и выпроводить? – с улыбкой поинтересовалась она.

– Я еще никому не надоедал.

– Ты о женщинах?

– Мужики меня точно не выпроваживали.

– Ты так и не ответил кстати.

– О женщинах?

– Нет.

Он внимательно посмотрел на нее, перестраиваясь на более серьезный лад.