И никакого секса

Хватало случайного секса.

Понимая, что больше не уснет, Марк поднялся с постели, хлопком включил свет и отправился в коридор, а затем и в ванную – умываться. Нужно смыть с себя все горькие воспоминания.

Покончив с этим, он вышел на кухню, посмотрел на часы. Четыре сорок пять. Отлично. Просто превосходно. И пяти часов не проспал. Опять днем придется сидеть или на энергетиках, или на крепком кофе.

Выругавшись, Марк погасил везде ненужный свет и направился в кабинет – работать.

У работодателя сегодня был день рождения.

Как и положено, должны были прийти гости. Нина слышала отрывки разговоров по телефону. Как слышала и тон работодателя, далекий он восторженного. У нее складывалось ощущение, что гостям, его родным, этот праздник нужен намного больше, чем самому имениннику. Он ходил по квартире смурный, смотрел исподлобья. И так неразговорчивый, сейчас он больше всего напоминал этакое вселенское зло, намеренно разбуженное какими-то идиотами. Молчаливое зло, следует заметить. Даже по телефону он отвечал отрывисто и резко. И тон, и поза его прямо кричали: «Да отстаньте уже от меня!»

Нина и не приставала. Она пряталась по комнатам квартиры и старалась не попадаться работодателю на глаза. Снова не выспавшись, она сцеживала зевоту в кулак и думала о завтрашнем дне.

Завтра она не работала. В вузе, где она училась заочно, тоже не было занятий. На улице значительно похолодало, значит, просто так не погуляешь. Значит, придется оставаться дома. Ужас. Полный кошмар. Ворчание матери, постоянное, обвиняющее, Нина дольше полчаса выносить не могла.

Отец завтра работает, ему повезло, сбежит от надоевшей жены. А ей, Нине, придется остаться дома и слушать, слушать страдания той, кто не смог найти себя в этой жизни.

Телефон работодателя снова зазвонил. «Битлз». «Желтая субмарина». Нина не понимала этой страсти к ретро-песням, но пока работала здесь, многие, в том числе и англоязычные, выучила чуть ли не наизусть. Пришлось.

– Да. Да, спасибо. Нет, ничего не надо.

Завтра. На работе, – отрывисто отвечал работодатель в соседней комнате.

Двери были открыты. Работодатель не стеснялся. И правда, кого там стесняться? Поломойку?

Нина мысленно хмыкнула про себя и вернулась к стиранию пыли. Еще полторы комнаты, и все сделано. Можно брать деньги и уходить.

Нина подавила вздох. Ей нравилось здесь, в этой квартире. Да что там, не только в квартире. Работодатель ей тоже нравился. Спокойный, не орет постоянно, вежливый.