Полночный ритуал

Станислав, тоже почуяв стремительно близящееся разоблачение убийцы, потребовал от Булыкина полного, поминутного отчета о том, что тот делал на показе в «Золотой рыбке».

В этот момент в дверь «офиса» хозяина мастерской заглянул один из слесарей и попросил:

– Ананьевич, подойди, глянь! Что-то топливный насос ни хрена не фурыкает! Вся надежда на тебя!

– Малость подожди! – отмахнулся Булыкин. – Тут ко мне из уголовного розыска пришли насчет… Кстати! А что у вас ко мне за вопрос?

– Вы подозреваетесь в убийстве девушки, студентки, которая тоже была на том показе мод, – ледяным голосом, в котором сквозила январская стужа, уведомил Стас.

У обоих сразу – и у хозяина автомастерской, и у его слесаря – тут же озадаченно отвисла челюсть. Булыкин замер, ошарашенно глядя на оперов, а слесарь, помянув чью-то бабушку, мигом исчез за дверью. В «офисе» повисла мертвая тишина. Похлопав глазами, Виктор на всякий случай поинтересовался:

– Слушайте, мужики, а вы, часом, не из фирмы по розыгрышам? А то, я слышал, есть такая… Нет, я серьезно! Ну с какого бодуна вы решили, что я кого-то убил? Нет, ну, я могу с кем-то повздорить, если выпью… И то – только по делу! Но убить… Не-е-е-т, на это я не способен.

Уж на что у меня теща была – стерва стервой, и то ни разу ее даже не поколотил, хотя ее убить было мало!

– А за что же на поселение попал? – едко прищурился Стас.

– Так она сама на меня накинулась, чтобы физию ногтями исцарапать за то, что всех ее подруг назвал сучками и кошелками.

А они такие и есть – постоянно с нею у нас дома заседали. Накурят – хоть топор вешай, напьются, все сожрут… Придешь с работы, голодный как волк, а в холодильнике – пусто, в кастрюлях – пусто… Вот я и сказал ей, чтобы больше не водила этих грымз. А она на меня – с когтями. Ну, я ее всего лишь только оттолкнул! Да, только оттолкнул! А эта мегера спецом на пол – бряк! Правда, башкой при этом об холодильник так треснулась, что шишку набила. И – все! Эти мымры, ее подруги, на суде объявили, будто я ее регулярно избивал. А судья – она прямо копия моей тещи – хотела дать три года общего. Но адвокатша, молодец девка, сбила срок до года поселения. Ну, отбыл я, вернулся, а дома – все по новой: грымзы, истерики, скандалы…

– А из-за чего же тогда жена от тебя ушла? – с подначкой поинтересовался Крячко.

– Так я ее прямо у себя дома с хахалем застал! – возмущенно выдохнул Булыкин. – Пришел, а они в спальне кувыркаются.