Привычка к темноте

Когда сыщики подошли к группе полицейских, он скомандовал:

– Так, давайте, тела можно выносить. Тела – в морг, а всех сестер, которые здесь дежурили, включая старшую, – арестовать, и в СИЗО. Будем на них заводить дело о преступной халатности.

– Я бы не стал спешить с таким решением, – громко произнес Гуров. – Сестры здесь совершенно ни при чем.

«Важный человек» повернулся к сыщику. Сказать, что он был сердит – значило ничего не сказать. Глаза начальника метали молнии; он готов был испепелить дерзкого нахала, который осмелился ему перечить.

– А ты кто такой, чтобы мне советы давать?! – грозно произнес он. – Почему здесь находишься?!

– Я – полковник полиции Лев Иванович Гуров, – представился сыщик. – Прибыл из Москвы по заданию начальника Главка для расследования кое-каких событий в вашем городе. А здесь я потому, что погибший охранник Геннадий Луговой был свидетелем, и я хотел снять с него показания. А вы, как я полагаю, руководитель областного управления?

Сказав все это, Гуров внимательно взглянул на важного начальника.

Вид того заметно изменился. Теперь он был похож на воздушный шарик, который только что был надут до предела – того и гляди, взорвется. И вдруг начал сдуваться, уменьшаться в размерах. Он даже словно стал меньше ростом.

– Да, я начальник областного управления внутренних дел генерал Соколов. Я… мне… Я слышал о вашем приезде, что-то такое мне сообщали… Но я не знал…

– Простите, а как ваше имя-отчество? – спросил Гуров.

– Борис Никитович…

– Так вот, Борис Никитович, я хочу объяснить некоторые обстоятельства произошедшего.

Мы с моим коллегой полковником Крячко – вот, знакомьтесь, это полковник Крячко, – прибыли сюда примерно пятнадцать минут назад. Охранник на входе сказал нам, что незадолго до нас к больному Луговому прошли двое полицейских. Однако, подойдя к палате, мы застали там обеспокоенных медсестер. Оказалось, что дверь в палату заблокирована и открыть ее с помощью ключа невозможно. Пришлось дверь взломать.

– Ах, значит, это вы сломали дверь! – воскликнул генерал, снова приходя в раздраженное состояние – видимо, привычное для него.

– Да, пришлось, – кивнул Лев. – И когда мы вошли в палату, то обнаружили там два мертвых тела. И никаких полицейских. Тут же кинулись их искать.

– Но зачем? – удивился генерал.

– Видите ли, Борис Никитович, у меня возникло предположение, что эти люди – вовсе не полицейские. И что они причастны к смерти двух пациентов. Так что мы бросились их догонять.