Продавец острых ощущений

Было ясно, что тот опасается сказать лишнее и в то же время всеми силами пытается задать верное направление ходу мыслей полковника.

– Послушайте, так дело не пойдет! – резко откинулся он на спинку кресла. – Насколько я понял, вы настояли на том, чтобы дело поручили мне. Тому должна быть причина, и, думаю, я знаю, что это за причина. Так не проще ли отбросить условности и говорить без купюр? Быстрее – уж точно.

– Вы правы, я навел о вас справки, – признался вице-губернатор. – Отзывы о вас как о сыскаре весьма высокие.

Но остановить свой выбор на вас меня заставило даже не это. Высокие моральные принципы, вот что сыграло решающую роль. Благородство, честность, неподкупность, порядочность, справедливость – эти эпитеты звучат практически в каждом отзыве, причем совершенно неважно, от кого они исходят, от никому не известной старушки или же от матерого «уркагана». А мне как раз и нужен человек порядочный и благородный.

– Прекрасно, с этим разобрались, – кивнул Лев. – И раз уж вы меня выбрали, условия сотрудничества буду диктовать я.

Не потому, что хочу чувствовать себя выше, а потому что так продуктивнее. Итак, первое: для кого вы организовывали подарок?

– Я уже сказал: это несущественно, – начал вице-губернатор, но Лев снова остановил его:

– Как раз это очень важно! Вам придется научиться мне доверять. В противном случае разговор не имеет смысла. Вы можете уйти прямо сейчас. С вашей помощью или без таковой убийц я найду.

– Хорошо, будь по-вашему, – сдался вице-губернатор. – Но вы должны понимать, что эта информация сугубо конфиденциальная.

Никому, даже начальству вы не можете ее продублировать.

– Если этого не потребует следствие.

– Следствие этого не потребует.

– Начинайте говорить, – поторопил Гуров.

И вице-губернатор заговорил. В свои шестьдесят три года он впервые осознал, что значит отцовская ответственность. Если говорить как на духу, желанием иметь семью, со всеми вытекающими отсюда последствиями, он никогда не горел. Ни в двадцать, ни в сорок, ни в те же шестьдесят три.

Но семьей обзавелся, для статусности. В двадцать семь выбрал себе спутницу жизни, да так с ней и остался.

А вот с детьми затянули. Супруга сама не горела желанием стирать пеленки и подтирать детский зад, будь он трижды родным. И все же ребенок у них появился. После тринадцати лет супружества в их доме поселился орущий комочек по имени Павел. К тому времени у вице-губернатора имелся целый сонм прислуги, так что особых хлопот ребенок не доставлял.