Продавец острых ощущений

На это потребуется не повестка, а ордер на задержание, но получить его ничуть не сложнее, чем выписать повестку.

– Я имею право не пускать вас в дом, – продолжал Леонид.

– Вы и не впускали, меня впустила ваша мать, она тоже является жильцом квартиры, так что в этом плане законность соблюдена.

– Плевать мне на законность! – вдруг разозлился Леонид. – Проваливайте все, достали! Хотите признания? Вот вам признание: Кадацкого убил я. Записали? Я! И ничуть об этом не жалею, как и он не сожалел, что сломал мне жизнь.

– Хорошо, я принимаю ваше признание, – произнес Гуров, и мать Леонида онемела от страха. – Расскажите, как вы его убили.

– Выбросил из окна, – проговорил Леонид.

– А перед этим?

– Перед этим? – В голосе Леонида послышалось замешательство. – Ну, я его избил.

– Чем вы били Кадацкого? Сколько нанесли ударов, по каким частям тела? – сыпал вопросами Гуров.

– Послушайте, ведь вы это не всерьез? Леня просто злится, он никого не убивал, – взмолилась мать Леонида.

– Молчи! Я так решил, – обращаясь к матери, произнес Леонид. – Я его убил, и точка.

– Отвечайте на вопросы, – повысил голос Гуров. – Сколько ударов, чем били, кто вам помогал?

– Откуда я знаю, сколько ударов? Я что, считать должен был?

– Можете ответить примерно. Три удара, пять, десять?

– Ну, может, десять.

– Чем били?

– Всем, что под руку попадалось.

– Кто вам помогал?

– Никто не помогал, я был один.

– Вы лжете, Леонид, только не могу понять, зачем это вам.

– Плевать, расскажу то, что знаю, – упорствовал парень. – Я его убил, а как и зачем, пусть выясняет прокурор.

– Сколько этажей в доме? Какого цвета фасад, что располагается рядом?

– Вы действительно думаете, что кто-то запоминает цвет фасада? – удивился Леонид.

– Сколько комнат в квартире?

– Не помню, может, одна, может, две.

– Это вы должны помнить, ведь, прежде чем начать убивать, вы должны были проверить, нет ли свидетелей, – заметил Гуров.

– Я проверил, в квартире никого не было.

– Собирайтесь, мы едем в Управление, – вдруг выдал Лев.

– Где ордер? – В голосе Леонида звучала издевка.

– В вашем случае, когда идет добровольное признание вины, за ним следует и добровольная сдача. Иначе в признании нет смысла.