Дым осенних костров

Когда последний удар часов, глубоко вибрируя, разнесся над Фальрунном и медленно угас где-то у верхушек Сумрачного Леса, канцлер объявил День совершеннолетия и его первую часть, День испытаний, открытым.

За первое, Испытание Ветром, Наль почти не волновался. Он провел в тренировках много лет и доверял своей руке и глазу.

Испытуемых начали вызывать в порядке главенствования Домов. Амаранта застыла в нетерпеливой стойке, вскинув подбородок и пристально рассматривая мишени. Сегодня она заплела свои платиновые волосы в несколько кос, окружающих прекрасную изящную головку тяжелой короной.

За время частых тренировок она привыкла к совсем короткой, чуть ниже колен, тунике, и держалась легко и уверенно. Эта туника, лазурная с искусным серебряным кантом, была самой нарядной из взятых девушкой с собой, как и тисненые сапожки лучшей оленьей кожи. На груди поблескивал герб Нернфрезов – серебряная кромка вздыбившегося льда на темно-лазурном поле. Поймав ободряющий взгляд Наля, Амаранта улыбнулась ему. Скорей бы они могли взяться за руки, промелькнуло в мыслях, прежде чем все внимание ее сосредоточилось на первом показе.

Вскоре подошла очередь Наля. Надев колчан со стрелами, он вышел к началу прохода между канатами и взял в руки тугой боевой лук. Семь выстрелов в медленно удаляющуюся мишень. Чем больше стрел в воздухе одновременно, тем лучше. Он вздохнул и расправил плечи, ожидая сигнала Верховного судьи. И зрители, и сами судьи, и все остальное перестало существовать для него в следующее мгновение.

Ветер с гор, легкий, порывистый. Выдернуть из колчана за плечами стрелу, наложить на тетиву, уже целясь, натянуть, выпустить. Выдернуть, натянуть, выпустить… Сигнал остановиться. Возгласы толпы за пределами его сознания. Он быстро меняет снаряжение. Тяжелый эльфийский ручной арбалет. Стрелы короче и толще, скорость заряда неизбежно ниже. Гладкий металл и отполированное дерево хочется погладить рукой, работа тонкая от хитроумного механизма до кружевной резьбы на корпусе, но все это не имеет значения сейчас.

Еще семь выстрелов.

Снова лук. Двадцать одна стрела дается для поражения двигающихся целей. Здесь испытывается не только меткость и скорость, но и способность четко, хладнокровно действовать в нервном напряжении. Все эти навыки необходимы настоящему воину, потому он оттачивал их с самого раннего сознательного возраста. Направляемые механизмами, пришли в движение мишени.