Дым осенних костров

Молодой Фрозенблейд вскоре проявил себя как превосходный воин, и стал востребован на самых разных границах и полях сражений. Оживление орочьих контактов с троллями заставило умножить дозоры. По одному из городов путников не выпускали. В воздухе повисло глухое ожидание приближающейся бури. Он вернулся из похода всего на несколько дней, чтобы увидеть близких и снова вернуться в строй.

Как же затрепетало сердце, когда Амаранта кинулась ему навстречу! Влюбленные застыли совсем рядом, восторженно разглядывая друг друга.

Она была еще прекраснее, чем до разлуки, и присутствие ее смягчало и успокаивало душу. Внимательно, заботливо, сверкающие глаза голубого хрусталя отмечали свежий шрам на его подбородке, чуть уловимую тень между бровей и заострившийся взгляд. Счастливо улыбнувшись, она доверчиво протянула Налю руку, и он готов был уже принять ее, но застыл, не коснувшись кончиками пальцев.

– Я теперь не тот… что уходил. Ты должна знать…

– Так происходит с каждым эльнором после первого боя. Это не делает тебя чужим или менее дорогим для меня.

Несколько мгновений он медлил, вглядываясь в бесконечно дорогое лицо, а потом закрыл глаза, осыпая ее руку жаркими быстрыми поцелуями.

Он надеялся обрести дома покой, но в мирной тиши исналорской ночи, нарушаемой разве что лаем собак и редким смехом подвыпивших гуляк, спать оказалось труднее, чем на земле в походе.

В ушах эхом звучали крики истерзанного воина, которого они с Дероальтом нашли за деревьями на опушке. Подбежав, Дероальт склонился над телом и торопливо расстегивал ремень, чтобы найти и зажать хотя бы одну пригодную для этого рану.

Нанесший все эти увечья намеренно издевался вместо того, чтобы сразу лишить поверженного противника жизни. Какое-то время юноши безуспешно боролись с кровотечением. Травм было слишком много, одна хуже другой, и вмешательство только причиняло новые страдания. Все было алым – и руки по локоть, и ткани, и судорожно вздрагивающее тело, и земля вокруг. Бросив бесполезный ремень, Наль опустился у изголовья, схватил несчастного за руку.

– Ты не сможешь! – закричал Дероальт.

– Нельзя же совсем ничего не делать!

Он изо всех сил старался сосредоточиться на брате по оружию, который так нуждался в помощи и похоже, уже не понимал, враги рядом с ним или друзья. Третий юноша убежал за помощью. Наль не замечал, как на лбу выступили капли пота, а голова начала кружиться. Стоны раненого стали тише и протяжнее. Дероальт кратко переглянулся с Налем.