Путь Дракона. Вызов

Вот только что делать с памятью? Бессвязные обрывки воспоминаний крутились в голове, я все время чувствовал дракона, его волнение, беспокойство и что-то похожее на страх, и от этого сам начинал беспокоиться и нервничать. До самого вечера я не находил себе места, пытался совладать с драконом и унять тревогу. Отчаявшись справиться с расшалившимися нервами, и устав бесцельно метаться по палате, я прилег на кровать и закрыл глаза. Неприятное состояние полуяви-полусна накатило почти сразу, я не спал, но и открыть глаза не мог, словно меня сковала чья-то воля.

Перед глазами поплыли цветные круги, и следом возник образ беловолосого мужчины с темными глазами и жестким выражением лица, он внимательно присмотрелся ко мне и едва заметно кивнул, довольно потирая руки. Мужчина беззвучно зашевелил губами, но я его не слышал, хотя видел словно наяву. Дракон внутри меня заволновался, ему этот таинственный незнакомец не нравился еще больше, чем мне. Произнеся несколько фраз, мужчина понял, что я его не слышу, и недовольно сдвинул брови, сделал шаг вперед, поднял руку и стал водить ею перед моим лицом, словно ощупывая невидимую преграду. Моя человеческая сущность присоединилась к паническим настроениям дракона, интуитивно осознав, что беловолосый представляет для меня некую серьезную угрозу. Он некоторое время сосредоточенно водил руками, но вскоре опустил их, сделал шаг назад и снова беззвучно заговорил, его губы кривились в подобии улыбки, а взгляд ледяными иглами вонзался в мозг. Мне стало совсем худо, живот наливался пульсирующей болью, еще терпимой, но чувствительной, а от его взгляда в голове начинали покалывать крошечные иголочки, словно он был материальным и сделан изо льда. Понимание того, что этот тип смертельно опасен для меня, пришло сразу, как и мысль о том, что если я хочу остаться самим собой, то должен сопротивляться его воле, но смогу это делать только до тех пор, пока между нами существует эта невидимая преграда, стоит ей разрушиться, и я пропал. Беловолосый недовольно нахмурился и принялся буравить меня неприветливым, оценивающим взглядом, он пялился на меня не более четверти часа, но мне показалось, что прошли сутки. Боль в животе и голове нарастала, а дракон волновался все сильнее. Наконец, мужчина отвел глаза, что-то сказал и исчез, словно его и не было.

Постепенно боль отпускала, но дракон все никак не успокаивался, а мои нервы были напряжены до предела.