Прививка для маньяка

Правильные, европейские черты лица, холодные голубые глаза, короткие темные волосы и черная бородка. Теперь Глеб Аркадьевич мог бы составить подробный словесный портрет незнакомца… вот только времени у него на это уже не было. И жизни оставалось немного – всего на пару вдохов. Он вдохнул – а выдохнуть уже не мог. Сердце затрепетало в груди пойманной бабочкой, пропустило два удара – и остановилось окончательно. Последней мыслью ветеринара Звоницкого оказалась строчка из песни: «Мое сердце остановилось, мое сердце замерло…» И наступила темнота.

Глава 3

Сознание вернулось к Глебу внезапно – просто включилось, точно тостер или электрический чайник. Секунду назад ничего не было – и вот он, мир, снова на привычном месте. Все пять чувств подают сигналы. Зрение сигнализирует, что в лицо Звоницкому светит яркая лампа. Слух докладывает, что рядом жужжит вентилятор. Обоняние услужливо доносит запах больницы, а осязание дополняет ощущение холодка на голой коже. О вкусе и говорить нечего – во рту точно кошки побывали.

Так, все ясно. Кажется, он в больнице.

Звоницкий поспешно сел – и тут же мир заиграл новыми красками. Все пять чувств «сменили пластинку» – во-первых, Глеб ударился головой обо что-то металлическое, раздался звон разбитого стекла, зловещее шипение, запахло паленым, осколки царапнули кожу, а свет погас, и воцарилась кромешная темнота. В ужасе ветеринар прижал руки ко лбу и услышал громкий, энергичный мат, из той разновидности, какую именуют «художественным».

– Он живой! Да вы что там… что ли?! Живого мужика, даже не разобравшись толком! А если б я его вскрыл?!

Зажегся тусклый свет под потолком, и Глеб смог наконец разглядеть, куда же он попал.

Ветеринар сидел на металлическом столе посередине подвального помещения с зарешеченными окнами. Над его головой раскачивалась разбитая лампа. От кондиционера в углу тянуло морозом. Ряды оцинкованных столов, на некоторых с головой накрытые белым тела. Все ясно. Он попал в морг.

Рядом со столом стоял сутулый человек в несвежем белом халате.

Глеб успел рассмотреть на эмалированном лотке скальпели, пилы, нечто, напоминающее коловорот, еще какие-то малосимпатичные инструменты и поспешно отвел глаза. Кажется, ветеринару очень повезло, что он очнулся именно в эту секунду, а не, скажем, минутой позже…

Глеб ощупал лицо – на лбу пульсировала боль и прямо под пальцами набухала шишка. Но в целом… Следовало признать, что в целом ветеринар чувствовал себя не хуже, чем обычно.