Пуля любит свою жертву

 – Если бы я был Жабкин, обязательно сменил бы фамилию. На любую другую.

Автомобиль вырулил со стоянки военкомата, миновал первый перекресток, на втором плавно ушел направо. Гуров взял курс на Чертаново. Так можно было быстрее добраться до места, минуя пробки.

– Тебе с твоей внешностью, Стас, чертовски трудно было бы выйти замуж за приличного человека.

Крячко никак не отреагировал на шутку Гурова.

– Слушай, Лев. – Стас поудобнее развалился на пассажирском сиденье и вновь взялся за мобильный телефон.

Палец быстро застучал по кнопкам. – Может, мы сначала заедем куда-нибудь перекусить? Меня утром вызвали, и я остался без завтрака.

– Без завтрака ты остался потому, что был занят поисками своей неблагонадежной девушки.

– И это тоже.

Гуров прибавил скорость.

– Перекусим после встречи с Жабкиной. Потерпишь.

Гуров говорил чисто машинально. Мысли беспрерывно крутились вокруг плена Хамицкого и его мнимой гибели. Полковнику и прежде доводилось слышать о подобных случаях.

Люди редко возвращались домой после того, как попадали в руки экстремистских группировок. И не только по причине собственной смерти. Путем жестоких пыток боевики успешно вербовали российских солдат, впоследствии выдавая их за погибших. «Груз-200» являлся хорошим прикрытием. Имела ли место такая же история и в случае с Артуром Хамицким? Гуров больше склонялся к мысли, что да. Но это пока никак не объясняло убийство Хамицкого.

– Как всегда, – буркнул Крячко, – мой желудок на последнем месте.

* * *

Астамур налил вина себе и двум другим мужчинам. Все трое, подобно легендарным приспешникам короля Артура, расположились в полутемной комнате за круглым столом. Большие настенные часы над головой Астамура монотонно отсчитывали время. Таймураз выпил, не дожидаясь остальных, и первым нарушил затянувшееся молчание:

– Сколько денег мы потеряли?

Вопрос преимущественно был обращен к Джамалу, смуглолицему молодому человеку приятной наружности с крупной бриллиантовой серьгой в левом ухе.

В отличие от двух своих партнеров, облаченных в элегантные твидовые костюмы стального цвета, Джамал был одет в темно-синие спортивные штаны и белую майку-борцовку, рельефно подчеркивающую его развитую мускулатуру.

– Много, Таймураз, много.

Джамал сокрушенно покачал головой. Он почти не пил. И даже не притрагивался к еде, хотя круглый стол ломился от яств. Мрачное выражение лица Джамала было красноречивее любых его слов.