Рандеву с петлей на шее (сборник)

Почему со стажером не поехал?

Ковальчук потянулся за бутылкой, но Крячко грозно преградил путь его руке пистолетом и непререкаемым тоном изрек:

– Собирайся!

– Ну, я даже затрудняюсь сказать, почему деру дал, – вдруг подал голос слегка протрезвевший и скованный наручниками Ковальчук.

– А я тем более затрудняюсь, – не отказал себе в удовольствии поерничать сидевший за рулем Крячко.

– Да я вообще деру не давал, – снова набычился Ковальчук. – А вы не по закону действуете. Не должен был я со стажером ехать.

Вы повесткой должны вызывать. Не убивал я этого Водопьянова, у меня шок был… Мне подумать надо было, а думать я по-трезвому не умею. Выпить захотелось, вот и уехал.

– Ты не только по-трезвому не умеешь, а вообще, – усмехнулся полковник.

– Что вообще?

– Думать вообще не умеешь. Хочешь докажу? Я даже пальцы могу позажимать, только мне неудобно – я машину веду, поэтому пальцы загибай ты. Во-первых, потому что из фирмы этой своей с позором ушел. Во-вторых, потому что бухать начал и жену бросил.

В-третьих, потому что, встретив своего бывшего шефа в ресторане, вместо того чтобы не обратить на него внимания, затеял с ним зачем-то драку и «засветился» в полицейском протоколе. Ну, и в-четвертых, как вишенка на торте – зачем-то грохнул Водопьянова. И скорее всего по пьянке.

– Послушайте, все это, может, и правильно… Три пункта. Но вот четвертый – явный перебор. Когда это случилось и где, я понятия не имею. Стажер может подтвердить – я от него первый раз узнал, что Водопьянова больше нет.

Жалеть я о нем особо не буду, потому что говно человек, но я не убивал его.

– Где ты был вчера ночью?

– Вот проще простого ответ! – с прояснившимся лицом воскликнул Ковальчук. – Я у Гришки живу уже вторую неделю, у него и был. Разворачивай машину, поехали, он подтвердит.

– Тоже мне, железобетонное алиби – твой алкаш Гришка! Сейчас прямо разверну машину… Насмешил, ей-богу.

– Ничего вы мне не пришьете… – Ковальчук мрачно уставился в лобовое стекло.

 – Вот чертов хрен! Из-за него влип в такое дело! Козлина жадная, блин!

– Кто? Водопьянов?

– А кто же? О покойниках хотя плохо не говорят, но мне на это наплевать. Я говорю – может, к детям своим и хороший был, а у него их целый вагон. Для детей своих нас и обирал.

– Нас? – удивился Станислав.

– В фирме было четыре человека: Водопьянов, Бортников, я и Макс Волков. Он, правда, там работает до сих пор, а на мое место девку какую-то взяли.