Рублевый передоз

Где мне еще быть?

– И что там? Ничего?

– Ничего и никого, – разочарованно протянул Гуров. – Чисто.

– В бане тоже чисто, Лев Иванович. Впрочем, как я вам с самого начала и сказал. Паутина на трубе в бане – верный признак.

– Но люди тут были, причем совсем недавно. Сегодня.

– Организуем засаду? – предложил майор. – В расчете на то, что в скором времени они вернутся?

Гуров не успел ответить. С трассы свернул автомобиль и, чуть переваливаясь на ухабах, покатил в их сторону.

– Внутрь! Живо! – скомандовал Гуров.

Но Поликарпов то ли растерялся от неожиданности, то ли элементарно замешкался… Так или иначе, он не последовал этому совету. Вместо того чтобы перемахнуть через подоконник и оказаться в помещении рядом с Гуровым, он присел на корточки, рассчитывая, что низкорослый ивовый кустарник скроет его широкоплечую фигуру.

Машина остановилась у калитки. Гуров, чуть сместившись влево, из своего укрытия видел, как из салона выбрались двое. Скрипнули несмазанные петли калитки.

Плавно подняв руку на уровень плеча, Лев поймал на прицел одного из вновь прибывших – высокого мужчину в черном кашемировом пальто и в точно такой же черной кепке.

– Смотаемся сегодня в «Лагуну»? – Голос второго, полноватого блондина без головного убора, звучал несколько простуженно. – Ближе к полуночи. Или можно даже в районе одиннадцати. Колян сказал, там застолбились вчера две новые сочные официантки… Хотелось бы взглянуть. Как минимум… А там, глядишь, и перспективка какая нарисуется!.

. А че? За спрос не бьют в нос. Верняк, Влас?

Поликарпов переместил центр тяжести тела, и под его правой ногой предательски хрустнула сухая ветка. Высокий в кашемировом пальто, которого подельник назвал Власом, среагировал молниеносно.

– Шухер! – гаркнул он и затравленным кроликом метнулся в сторону.

Любитель сочных официанток остался на открытом пространстве в гордом одиночестве. Его лицо перекосилось от страха. Он ошалело завертел головой, выхватил из-под куртки ствол и дважды пальнул наугад в сторону крыльца.

Поликарпов, не раздумывая, ответил одиночным прицельным выстрелом. Блондин сложился пополам, захрипел, а затем рухнул лицом вниз. Влас рванулся вдоль металлического ограждения и занял оборонительную позицию за двумя пустыми металлическими бочками. Поликарпов пустил две пули ему вслед, но промахнулся. Гуров пальнул напарнику в унисон, исключительно для острастки. Путь к отступлению для Власа был отрезан.