Шоу не должно продолжаться (сборник)

На эти деньги они сняли в микрорайоне Ново-Переделкино квартиру, которая вскоре стала чем-то вроде подпольной явки. Сюда приходил куратор, здесь обсуждались способы изготовления и закладки всевозможных взрывчатых и пожароопасных веществ, планы будущих диверсий.

Вскоре Юсуф и Заур поняли, что, стремясь убивать людей, поступают нехорошо, и им захотелось покинуть организацию, но было уже поздно. Дажудов неоднократно и недвусмысленно давал понять, что теперь они – неотъемлемая часть организации и не смогут просто так покинуть ее.

Они слишком много знают.

По ходу репортажа на экране появилась старая девятиэтажка, потом оператор вошел в подъезд, и на следующем кадре Березин уже звонил в дверь квартиры.

Ощущение того, что подъезд находился именно в показанном до этого доме, а квартира – именно в показанном до этого подъезде, было полным. Но после циничных комментариев Щеглова Гуров относился к увиденному иначе.

Понимая, что и квартира, и подъезд, и сам дом действительно могли быть какими угодно, он внимательно всматривался в исхудавшие лица двух парней, в полумраке зашторенной комнаты дававших интервью.

Они не скрывали своих лиц, что, по замыслу автора, по-видимому, должно было указывать на их искреннее стремление к «раскаянию».

Черты лица просматривались не очень хорошо, и догадки по поводу национальности точнее всего выражало слово, которое Лев подслушал, стоя возле дверей Щеглова, – «нерусские».

Двое мужчин, сидевшие в занавешенной комнате, говорили с акцентом, но не слишком выраженным.

Было ясно, что русский они знают хорошо и разговаривают на нем часто. Достаточно часто, чтобы избавиться от акцента совсем. И, слушая запись, Гуров все чаще ловил себя на том, что ухо коробят пускай и едва уловимые, но все же заметные фальшивки, говорящие о том, что акцент может быть и «сыгранным».

Герои рассказывали о том, что быть террористом – плохо, что денег больших они пока не видели, а опасность чувствуют каждую минуту, что куратор с каждым разом становится все жестче и требовательнее, а о переезде в Турцию давно ничего не было слышно.

Польстившись на щедрые обещания, теперь они ощущают себя загнанными в ловушку, понимая, что опасность грозит и со стороны официальной власти, поскольку за то, что они делают, предусмотрены жесткие наказания, и со стороны «куратора», поскольку, если они захотят добровольно сдаться властям, он не простит предательства.