Шоу не должно продолжаться (сборник)

Устранив опасного очевидца, преступник, скорее всего, перешел на кухню. Если в этот момент телевизор продолжал работать, а на кухне, например, была включена вода, ничего удивительного в том, что находившийся там человек не слышал никаких подозрительных звуков и не заметил опасных движений.

Судя по всему, подобный способ лишения жизни был привычным для преступника, и он потому и являлся его приверженцем, что техникой исполнения владел виртуозно. Вполне возможно, что с помощью регулярных «тренировок» он научился резать горло так, что жертва не издавала ни звука.

Так что же могло произойти в этой квартире, где четыре «друга» собрались на уик-энд?

Сначала они спокойно разговаривали, пили, закусывали, обсуждали свои дела. Остатки еды на столике перед диваном и на кухне, а также недопитая водка в стаканах красноречиво подтверждали это. Потом один из них, в голове которого уже созрел коварный замысел, решил, что наступил очень удобный момент для его исполнения.

Один из его товарищей отправился в туалет, другой зачем-то пошел на кухню.

В комнате, кроме него, остался только один человек, он сидел на диване, уставившись в экран телевизора, и, конечно, не ожидал того, что сейчас ему перережут глотку.

Убийца зашел сзади и привычным движением сделал свой фирменный глубокий разрез. Жертва не издала ни звука, и тот, кто находился на кухне, ничего не заподозрил.

Убийца быстро направился туда и повторил кровавое «упражнение».

После этого он вышел в коридор и встал недалеко от входной двери.

Дверь из санузла открывается наружу, и когда третий его товарищ выходил, преступник оказывался как бы в укрытии. Заслоненный открытой дверью, он для жертвы был не виден, так же, как и она для него, но через секунду жертва стала закрывать дверь и оказалась спиной к стоящему за ней убийце. Исход предрешен.

Нарисовав в воображении эту картину, Гуров подумал, что она не лишена достоверности. Все вполне могло бы произойти именно так.

Однако это все же не указывало ни на мотив преступления, ни на то, принадлежал ли преступник и его жертвы к какой-либо экстремистской организации, или это были просто очередные бытовые разборки поссорившихся собутыльников.

– В какой квартире хозяйка? – вновь обратился он к оперативнику.

– В сто семнадцатой, – с готовностью ответил тот. – Это здесь же, на площадке. Соседняя.

Перебравшись через труп в коридоре, Лев вышел на лестничную площадку и позвонил в соседнюю дверь.

Ему открыла молодая белокурая женщина.