Смерть под старой ивой

 – Во-первых, в дачном поселке почти никого нет…

– Ну да, – перебил участковый. – В основном они съезжаются по выходным или праздникам. На то она и дача…

– А во-вторых, – продолжил оперуполномоченный. – Во-вторых… Набрел я там на одно семейство. Ну, так эти люди меня даже в калитку не пустили. Сказали, что дачный участок – их частная территория, а раз так, то делать мне у них нечего. И ни на какие мои вопросы они отвечать не желают. Даже если бы я был министром внутренних дел, а не старшим лейтенантом полиции.

Так прямо и сказали.

– А кто сказал-то?

– Не знаю. Какой-то молодой человек. – Сыщик помолчал и зло произнес: – Сучонок.

– А, – равнодушно произнес участковый. – Это Евгений. Их сынок.

– Чей сынок? – так же равнодушно спросил оперуполномоченный.

– Воронова. Вороновы там обитают, на этой даче. Фамилия у них такая…

– Что ж он там торчит, на этой даче, в разгар трудового дня?

– Отдыхает, должно быть, от трудов праведных, – кисло усмехнулся участковый.

– И кем же он трудится, что так устал?

– Вестимо, преуспевающим предпринимателем! – Похоже, участковый начинал заводиться. – У него в районном центре – выгодный строительный подряд. Вся стройка – его! Как же тут не устанешь?

– Понятно, – без всякого участия сказал сыщик, помолчал и спросил: – Так это что же, его дача?

– Нет. Дача – его папаши. Но, как ты, наверное, заметил, места там хватает всем. И папаше, и сыночку, и прочим. Дворец, а не дача!

– А что, у отца-то большая семья? – усмехнувшись, процитировал сыщик русского классика.

– Да не сказать, чтобы большая. Сами папаша с мамашей, их сынок, ну и еще дочка. Вот и весь список.

– Понятно, – еще раз сказал сыщик.

Они опять замолчали. Солнце уже почти касалось линии горизонта. Еще немного, и оно коснется этой линии, а затем неизбежно за ней скроется. Ни сыщику, ни участковому не хотелось вставать с бревен и делать также ничего не хотелось.

Не спорилось дело у сыщика с участковым. Не было ни свидетелей убийства, ни каких бы то ни было доказательств, ни тем более подозреваемых. И непонятно, в какую сторону бежать и что делать, чтобы необходимые доказательства и подозреваемые появились.

– Ладно, – сказал сыщик, нехотя поднимаясь с бревен. – Потрудимся еще, пока солнце не закатилось. Пообщаемся с населением. Может, за что-нибудь и зацепимся. Значит, мне – налево, тебе – направо.