Смерть под старой ивой

Зачем? Не верю… Просто лежит небось под ивой пьяный… А тебе померещилось…

Баба Люба уже пришла в себя настолько, что даже смогла обидеться на Николая Ивановича за такие его слова.

– А ты сходи да посмотри сам! – надулась она. – И тогда поймешь, вру я или нет. Я, милок, навидалась на своем веку всяких – и живых, и покойных. И одного от другого отличить могу. Так вот ты сходи и посмотри – пьяный он или мертвый. На то ты и начальство. А потом будешь просить у меня прощения за твое ко мне недоверие.

Ну, иди, чего встал как столб!

– Да где же он лежит конкретно, этот твой покойник? – по-прежнему недоверчиво спросил Николай Иванович.

Баба Люба назвала точные координаты, и сельский глава нехотя поплелся к предполагаемому месту. А баба Люба тем временем побежала по деревне, чтобы сообщить народу сногсшибательную новость – у них в деревне покойник, да и не просто покойник, а кем-то убитый. А это значит, что в Антоновой Балке также обретается и самый настоящий убийца. Иначе откуда бы ему взяться, душегубу-то? Не с неба же он свалился и не из-под земли образовался! Стало быть, свой, антоновский.

Вот ведь до чего дожили – свои собственные душегубы в деревне объявились! Баба Люба бежала вдоль по улице от двора ко двору, а несчастная голодная коза волочилась вслед за ней на веревке.

…Покойника Николай Иванович обнаружил в точном соответствии с координатами, указанными бабой Любой. Недоверчиво и осторожно Николай Иванович приблизился к лежащему человеку, окликнул его и даже потрогал рукой.

И только после этого убедился, что незнакомый мужчина и в самом деле мертв, а значит, баба Люба ничего не выдумала и ни в чем не соврала. И действительно, вокруг головы лежащего мужчины темнело большое расплывшееся пятно. Почти вся трава под старой ивой была покрыта пугающей темно-коричневой жижей. Кроме того, такой же жижей были испачканы и волосы мертвого незнакомца. Несомненно, это загустевшая кровь. Как будто чья-то вражья рука взяла и ударила незнакомого мужчину по голове каменюкой или чем-то другим, таким же тяжелым.

«Вот так дела… – озадаченно подумал Николай Иванович. – Так что же – и вправду убийство? У нас, в Антоновой Балке – и убийство?.. А главное – за что? И – кто? И – откуда в деревне взялся этот человек… ну, которого убили? Ведь он явно не наш… а уж своих-то я знаю всех наперечет! Может, он приехал из города? Может, и так: сейчас эти городские наезжают к нам ежедневно.