Смерть за наш счет (сборник)

Да, пожалуй, Крячко был бы куда более подходящей кандидатурой на эту роль, но делать было нечего: Крячко отсутствовал, перед Шелестовым сидел Гуров, и именно ему предстояло работать в этой ситуации.

Шелестов, накатил следующие сто грамм, смачно закусил фруктами, вытер салфеткой губы и покровительственно посмотрел на Гурова. Лев отметил, что после выпитого в глазах чиновника появился особый интерес к разговору.

– И вы считаете, что Галактионов причастен к гибели журналиста? – с любопытством спросил Шелестов.

– Мы разбираемся в ситуации, – уклончиво ответил Гуров. – Интересуемся всеми, кто так или иначе попадает в круг знакомств погибшего журналиста. Галактионов – один из них. Вот потому и проверяем. На всякий случай.

Шелестов вальяжно развалился на стуле и взял зубочистку.

– Ну что я могу сказать… – снисходительно заявил он. – Галактионов – абсолютно типичный подмосковный мэр. – А типичные мэры журналистов ядом не травят. Вот, наверное, вкратце так.

И, не дожидаясь, пока Гуров скажет что-нибудь в ответ, Шелестов склонился через стол:

– А давайте все-таки по коньячку… А то я один как-то не очень привык.

– Да мне здоровье не позволяет, – вежливо отказался полковник.

– Ну, как знаешь. – Слегка обидевшись, Шелестов отвалился в кресло и жестом подозвал официанта. На этот раз он не стал мелочиться и заказал сразу бутылку. Официант принес заказ, Шелестов наполнил рюмку, выпил и поспешил налить следующую.

– Журналистов убивали во все времена, – произнес он в перерывах между возлияниями.

 – Профессия такая! Все время рискуют! Я тоже рискую, – сообщил он доверительно. – У меня должность такая, понимаешь? Молодец! А вот обыватели не понимают! Только и могут что глотку драть, мол, чиновники зажрались, ворье, сажать их всех надо или к стенке ставить! Да что я тебе рассказываю! – махнул рукой чиновник, переходя на «ты».

Гуров проигнорировал этот момент, не без основания полагая, что в непринужденной обстановке Шелестов будет откровеннее.

Хотя за годы государственной службы чиновник наверняка привык к своему статусу и особому формату общения, а потому рассчитывать на то, что он развяжет язык в компании малознакомого человека, было наивно.

Шелестов тем временем продолжал:

– На наше место постоянно кто-нибудь метит. Место-то такое… Понимаешь? – Он выставил вперед руку и пошевелил пальцами, что должно было символизировать доходность занимаемой им должности.